Конюшенное неведомство

24.02.2015
Конюшенное неведомство

Константин Михайлов

На 24 февраля в Санкт-Петербурге намечено заседание городского Совета по сохранению культурного наследия. В повестке дня – Конюшенное ведомство. То есть – решение типовой задачи нашего времени при реставрации чего бы то ни было значимого и дорогостоящего. Далее в скобках – переменные.

Дано: прославленный памятник (Конюшенное ведомство в центре Санкт-Петербурга), связанный с прославленными именами (Стасов, Пушкин, etc.) Памятник (за исключением церкви) не использовался почти 20 лет, обветшал, отсырел, в подвалах плещутся подозрительные жидкости, фундаменты в опасности. Памятник надо спасать, реставрировать и использовать.

Условие 1: есть инвестор («Плаза Лотос Групп»), готовый по контракту с городскими властями реконструировать здание (под элитный отель). С точки зрения инвестора, ради сохранения здания и реставрации фасадов можно пойти на отступления от реставрационных теорий (позволить построить заново дворовые флигели, один из которых уже снесен, от другого уцелел первый этаж; разгородить пространство протяженных галерей на отдельные двухэтажные апартаменты; пробить в наружных стенах отдельные же входы в них; вырыть под всем комплексом, кроме церкви, подземный паркинг и т.п).

Условие 2: экспертное и градозащитное сообщество однозначно против подобных экспериментов: нарушается и без того урезанный предмет охраны, утрачивается уникальное внутреннее пространство, памятник подвергается дополнительным инженерным опасностям.

Требуется от власти: найти решение задачи, удовлетворяющее обе стороны, да и саму власть, которой не нужны ни финансовые, ни имиджевые потери. Найти его нельзя, и не найти его нельзя. Если тянуть с решением, то инвестор может уйти, а памятник может начать рушиться. Скандал обеспечен и в том и в другом случае.

Генеральной репетицией Совета 24 февраля стало обсуждение проблемы на его рабочей группе неделей ранее в Академии Художеств. Безусловно, основные аргументы сторон, озвученные 17 февраля, прозвучат и 24-го. Фанерный макет апартамента в натуральную величину, изготовленный инвестором, был выставлен в пространстве галерей еще в конце прошлого года.

Судя по отчетам о дискуссии в Академии Художеств,  тот, от кого участники ждали веского слова – руководитель петербургского Комитета по госконтролю, использованию и охране памятников (КГИОП) Сергей Макаров – хранил молчание и лишь напоследок сказал: “Здание необходимо сохранить. Обсудим все проблемы на Совете по наследию”.

Мы не можем хранить молчание, зато можем заранее сформулировать пять типовых тезисов-методов, с помощью которых инвестор – как правило, при соучастии властей, иногда молчаливом, иногда красноречивом – пытается в подобных случаях склонить экспертов и градозащитников к компромиссу.

Тезис № 1. Если не пойти навстречу инвестору, он уйдет, и тогда все развалится.

Губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко, осмотрев Конюшенное ведомство снаружи и изнутри, сказал журналистам:  «Иметь в центре города такой разваливающийся объект – просто неприлично. Надо срочно принимать решение и начинать работать”. И добавил: «Понятно, что галереи мы не увидим, если инвестор построит гостиничные номера. Но понятно и другое: если инвестор не захочет проводить здесь работы, то у города и Российской Федерации не хватит денег для того, чтобы привести здание в божеский вид».

Тезис № 1 успешно используется в Москве в ответ на любое возражение градозащитников при выборе способа реконструкции исторических зданий и кварталов. Например, при решении вопроса о сносе домов Привалова на Садовнической улице применялся сходный аргумент: а кто будет восстанавливать дома, если мы их сохраним, а инвестор обидится и уйдет? Градозащитники Санкт-Петербурга устами депутата Законодательного собрания Бориса Вишневского возражали так: “Не надо нас пугать этим отказом и «страшилками», что в этом случае здание рухнет, а другого инвестора мы не найдем".

Тезис № 2. Если инвестор уйдет, кто будет платить?

По ходу дискуссии 17 февраля представители «Плаза Лотос Групп» напомнили об уже потраченных в ходе работ 92 млн рублей и о 19,8 млн рублей, уплаченных за предоставление здания для реализации инвестиционного проекта. Это характерный прием: несмотря на то, что генеральное одобрение проекта не получено, начинаются работы, и их ценой, которую придется возвращать в случае разрыва отношений, можно потом фактически шантажировать городское общество.

Подобные аргументы использует другой петербургский девелопер – “Группа ЛСР” – в дискусиях о “Блокадной подстанции”, только речь уже идет о 400 миллионах, те же речи звучали и в Москве при обсуждении сноса той же “Группой ЛСР” домов Привалова, только здесь ставки были подняты до 4 миллиардов.

Защитники Конюшенного ведомства возражают: "Думается, город может найти такие деньги, чтобы компенсировать инвестору потери, если он откажется от проекта”.

Заместитель председателя Совета по сохранению культурного наследия Санкт-Петербурга Михаил Мильчик убежден, что ответ на вопрос – кто платит? – совпадает с ответом на вопрос – кто позволил?: «Инвестор преследует определенную цель. Ее перед ним в свое время поставил Комитет по инвестициям – использовать памятник под гостиницу. Обсуждалось ли подобное приспособление с КГИОП? Со слов сотрудников ведомства – нет. То есть Комитет по инвестициям взял на себя ответственность по единоличному определению функции Конюшенного ведомства, в котором по определению невозможно устроить апарт-отель без убийственных для памятника последствий. Так, может, не мы теперь должны ломать голову в поисках компромисса, а руководству города стоит назначить расследование – дабы выявить того, кто принимал такое решение, чтобы он и понес затраты, связанные с перепрофилированием двух конюшенных корпусов?»

Очень логично, только власти эту логику никогда не разделяют, поскольку счет придется предъявлять самим себе.

Тезис № 3. Инвестор пошел на уступки, давайте ответим ему тем же.

Суля по отчетам петербургских СМИ, на обсуждении 17 февраля Елена Мургина, представитель инвестора, рассказывала об изменениях, внесенных в проект, чтобы учесть замечания градозащитников: вместо 20 апартаментов конюшни теперь предлагается разгородить на 9, подземное пространство можно уменьшить в размерах на 10 процентов и сделать его не 5, а 3,5 метра в глубину.

Прием исходит, видимо, из убеждения, что сохранение памятника и предмет охраны может быть, как и все на свете, предметом торга, в том числе со стороны градозащитников. Инвестор, как правило, идет на косметические изменения, не меняющие сути проекта (та же “Группа ЛСР” в истории с московскими домами Привалова “согласилась” сохранить лицевой фасад одного из трех обреченных зданий, а другой – построить потом заново). Эти изменения сопровождаются обычно патетическими заявлениями о заботе о сохранении исторического облика зданий или вообще служат “основанием” для маскировки сноса и нового строительства рассказами о бережном сохранении старины.

В случае с Конюшенным ведомством предлагаемый “компромисс” не произвел на петербургских градозащитников и экспертов должного впечатления. Во всяком случае, если проект в этом виде будет одобрен властями, они намерены обращаться в суд. Доктор искусствоведения Андрей Пунин заявил, что "никогда не видел более преступного проекта”. Корпуса комплекса, по мнению Пунина, “уникальные по своей исторической ценности пространства, идеально подходящие в качестве выставочных площадок, которых так не хватает центру города. Предложенная перестройка памятника недопустима и была бы преступлением  по отношению как к исторической значимости здания, так и к культурным потребностям современного Петербурга”.

Тезис № 4. Мы памятник немного подпортим, но со временем можно будет все восстановить.

Относительно новый “аргумент”, впервые использованный в московской практике в 2013 году при “обосновании” возможности сноса 9 из 22 секций охраняемого государством памятника - Кругового депо Николаевской железной дороги: мол, в будущем, при изменении градостроительной ситуации, можно будет восстановить снесенное. Тезис явно исходит из новейших трендов отечественной реставрации: видимость ценнее подлинности. Рассчитан он, скорее всего, на малых детей, поскольку понятно, что через 20, 100 и 200 лет никто не будет ничего восстанавливать.

В случае с Конюшенным ведомством тезис № 4 опробован в мягкой форме: речь не о сносе галерей, а о преобразовании их пространства. Та же Елена Мургина из «Плаза Лотос Групп» уверяла экспертов, что «лет через сто или двести можно будет вернуться к прежней планировке». Градозащитников такая перспектива не обрадовала: “То есть ни мы на своем веку, ни наши дети, ни внуки не увидят пространства стасовских галерей”, - заключил депутат Вишневский. К тому же апартаменты заранее продаются, а собственники даже через 200 лет вряд захотят отказаться от недвижимости в пользу эстетики.

Тезис № 5. Мы все делаем по закону, с одобрения экспертов.

Все инвесторы (свежий московский пример – опять-таки “Группа ЛСР” на Садовнической улице) любят подчеркивать свою законопослушность. Поскольку государственная историко-культурная экспертиза проектов носит на деле частно-договорной характер и инвесторы имеют возможность вступать с экспертами в легальные, договорные товарно-денежные отношения, то совершенно неудивительно, что даже самым рискованным проектам в конце концов обеспечивается экспертная поддержка. Все скандальные случаи последних лет (например в Москве - объявление здания стадиона “Динамо” “достопримечательным местом” с последующим сносом трех его четвертей, строительство нового собора в Сретенском монастыре на урезанной территории объекта культурного наследия и на месте сносимых исторических монастырских построек, “обрезание” вышеупомянутого Кругового депо, строительство офисного комплекса в Ново-Екатерининской больнице опять-таки на месте снесенных исторических построек; в Торжке – оптовое снятие с госохраны 45 выявленных памятников архитектуры  - сопровождались соответствующими экспертными заключениями. В сложных случаях экспертам приходили на помощь органы охраны наследия: например, когда выяснилось, что при “приспособлении” Кругового депо в Москве уничтожен предмет охраны, Мосгорнаследие, до того утверждавшее его в составе экспертизы, тут же объявило его “рекомендательным”.

Вот и в дискуссиях о Конюшенном ведомстве представители инвестора подчеркивают, что сохраняют предмет охраны (из которого были предусмотрительно изъяты пространства интерьеров). И эксперт, обосновывающий новые проектые решения, тоже имеется.

Итак, нам остается дождаться результатов заседания Санкт-петербургского Совета по сохранению культурного наследия. Думается, красная цена всем перечисленным типовым методам-тезисам прекрасно известна петербургским властям.

Есть ведь еще один тезис, давно сформулированный защитниками наследия: единственное условие сохранения памятника – желание его сохранить.

P.S. После трехчасовой дискуссии Совет по сохранению культурного наследия Санкт-Петербурга отклонил проект перестройки галерей Конюшенного ведомства. Проект отправлен на доработку, работы на объекте приостановлены.

Подробный разбор полетов - здесь. Рекомендуем.

Фото: Андрей Канашкин (save-sp-burg.livejournal.com)

 

 

 


Warning: mkdir() [function.mkdir]: Disk quota exceeded in /home/m/manolis/public_html/bitrix/modules/main/tools.php on line 2327

На главную