Закон ограниченного действия ::: Хранители Наследия | Хранители наследия

Закон ограниченного действия

15.01.2020
Закон ограниченного действия

10 января судья Ленинского районного суда Уфы А.М. Гималетдинов отменил свое же заочное решение от 16 декабря, согласно которому собственник, который снес выявленный памятник «Дом жилой с мастерской» (ул. Нехаева, 10), должен возместить стоимость его восстановления. Речь шла о сумме порядка 25 млн рублей.

Дело оказалось резонансным и попало в поле зрения Следственного Комитета. Ход и результаты проверки по указанию Александра Бастрыкина взяты на контроль в центральном аппарате Следственного комитета. Как сообщили в ведомстве, он также поручил башкирским следователям изучить доводы писавших об этой истории журналистов и дать правовую оценку действиям (бездействию) местных чиновников, из-за которых семья врачей оказалась должна 25 млн рублей государству.

Возможно, пристальное внимание СК и резонанс заставили судью изменить решение. Многочисленные сторонники семьи Нигмановых, которая снесла дом, оценивают утрату чисто с коммерческих позиций: «развалюха» не может стоить 25 млн, за что, мол, такие деньги? Закон о наследии, культурная ценность и фактор подлинности, а также ряд других привходящих обстоятельств – таких как продолжение хозяевами сноса после предписания об остановке, систематическая неявка обвиняемых в суд – в расчет не берутся. Идет кампания, которая однозначно клеймит действия Управления по госохране объектов культурного наследия Башкортостана.

Управление выпустило заявление с разъяснениями своей позиции и четкими указаниями на законодательные нормы:

«Также по действующему законодательству на выявленный объект охранное обязательство собственника или иного законного владельца объекта не оформляется, зоны охраны, защитные зоны, информационная надпись и обозначение не устанавливаются.

В отношении выявленных объектов культурного наследия лицо, которому выявленный объект культурного наследия принадлежит на праве собственности или ином вещном праве обязано соблюдать требования к сохранению, содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия, установленные статьями 47.2 и 47.3 Федерального закона.

По мнению Управления собственником не соблюдена процедура сноса, установленная Градостроительным кодексом РФ, а именно срок уведомления органа местного самоуправления. Данный срок предусматривает направление уведомления не позднее чем за семь рабочих дней до начала выполнения работ по сносу, что выполнено не было. Администрация ГО г. Уфа РБ снос объекта не разрешала. Объект аварийным признан не был.

В процессе сноса собственник был предупрежден о недопустимости и преступном характере таких действий. Однако, после того как полиция и сотрудники Управления покинули объект, снос был продолжен. Предписание о приостановлении работ собственник не принял.

Законодательством об охране объектов культурного наследия прямо установлено, что собственник обязан возместить именно стоимость восстановительных работ.

Сумма более 25 (двадцати пяти) миллионов рублей – не является штрафом, это ориентировочная сметная стоимость на проведение восстановительных работ, которая является предметом судебного спора.

За нарушение требований законодательства об охране объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выразившееся в непринятии соответствующих мер по  сохранению объекта культурного наследия, и в дальнейшем проведении работ по сносу объекта, решением Верховного суда РБ от 16 декабря 2019 г. вина собственника установлена. Назначен штраф в размере 40 (сорока) тысяч рублей».

Итак, на данный момент за снос памятника наказание ограничилось штрафом символического размера. Вывод можно сделать тоже символический: не бойтесь, сносите. В суд лично не ходите – плачьте «на камеру», обличайте властные органы в некомпетентности, а нормы - в несовершенстве. Закон есть, но его нет… И все это притом, что – обратите внимание: вина Нигмановых установлена!

Но отличие этого случая от череды других – в том, что в халатности и самодеятельности начинают упрекать чиновников, которые – в кои то веки – подошли к делу о сознательном сносе объекта культурного наследия, что называется, со всей строгостью и справедливостью. Нечасто о миллионных суммах в судах слышим в отношении наследия. Услышали – и вот теперь «СК контролирует». Так что урок теперь и госорганам – не активничайте.

Но если по закону – невозможно и без закона – тоже невозможно, то что остается? То, что сейчас происходит повсеместно: одни делают вид, что соблюдают, пока другие делают вид, что контролируют.

 

 

На главную