Гидеон Корен: Российские эксперты вдохнут новую жизнь в нашу работу

28.06.2017
Гидеон Корен: Российские эксперты вдохнут новую жизнь в нашу работу

Вице-президент Международного ИКОМОС – об особенностях национальной охоты за Всемирным наследием

Гидеон Корен (Израиль), вице-президент международного ИКОМОС, был гостем и активным участником Годичной конференции НК ИКОМОС, Россия и Международного научного симпозиума в Ярославле 21-23 июня 2017 года. Он любезно согласился ответить на наши вопросы.

- В чем вы видите основную задачу сотрудничества национального комитета ИКОМОС, Россия и международных структур ИКОМОС? Чем восстановленный российский комитет сможет помочь иностранным коллегам - и наоборот?

- По своей структуре и сути ИКОМОС – волонтерская организация. Степень включенности в процесс зависит от решения конкретной страны. Международный ИКОМОС  горячо приветствует активизацию России, Российский комитет всегда был одним из самых крупных: и по численности членов, и по спектру специалистов. В некоторых странах у нас, например, есть только археологи, в некоторых – только архитекторы. В России всегда была диверсификация, большое разнообразие знаний и профессий, много грамотных  специалистов.

Большая часть международного сотрудничества в рамках ИКОМОС – это участие в научных  комитетах, каждый из которых занимается своей специфичной темой: законодательство, архитектура, исторические деревни, археология, подводное наследие и др. Есть специальные комитеты по материалам: по стеклу, камню, настенной живописи. И мы очень надеемся, что эксперты российского ИКОМОС войдут в наши комитеты, и это вдохнет новую жизнь в нашу работу и международное сотрудничество, так как специалисты разных стран участвуют в симпозиумах, обсуждают научную документацию, определяют нашу политику. Это интерактивный процесс. Локальные экспертизы выносятся на международную арену, и уже оттуда специалисты везут в свои страны множество идей и предложений. Это процесс взаимного обогащения. И в этот процесс ИКОМОС, Россия в последнее время не был активно включен.

Научные комитеты очень влиятельны и важны, так как выражают научную позицию ИКОМОС. Особенно что касается Всемирного наследия ЮНЕСКО. Наши эксперты участвуют в процессе номинирования в ЮНЕСКО, а значит, теперь в этом все шире будут задействованы и ваши российские эксперты.

- Как бы Вы оценили уровень защищенности российских объектов Всемирного наследия? По сравнению с другими странами - участниками ИКОМОС?

- Думаю, что ситуация, конечно же, многогранна… Я - не специалист по России, но обратил внимание на следующие особенности. Ситуация с объектами ЮНЕСКО в России уникальна. Большая часть Всемирного наследия существовала, была представлена и оценена еще во времена Советского Союза. Уже тогда у вас были и номинации, и объекты, и участие в ЮНЕСКО. И теперь, когда мы говорим о российских объектах и о том, что Россия всего 20 лет назад вступила в процесс – надо понимать, что это на самом деле не новый процесс, что он уже шел и раньше.

Уникальность российской ситуации еще в следующем. Обычно тот или иной объект сначала оценивается, получает признание на местном уровне, затем продвигается на международный. То есть государство обращается в ЮНЕСКО: «Смотрите, у нас есть памятник, который мы охраняем, наша гордость, мы хотим его признания на международном уровне. Мы хотим внести его в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО». В случае России – порядок обратный. Даже если вы посмотрите на центр Ярославля, в котором мы разговариваем. Он был включен в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО в 2005 году, а на местном уровне признан и наделен комплексным статусом – где-то в 2012-м. То есть последовательность обратная. Почему? Потому что с международной точки зрения Ярославль был важен. И о нем знали и в 60-е, и в 70-е. Это не новый неизвестный город. И это не какой-то новый вид наследия. Просто с определенной точки зрения 2005 год был подходящим для международного признания. Но так же Ярославль мог быть признан объектом Всемирного наследия и в 1995-м, и в 1985-м. С внутрироссийской же точки зрения все произошло только в 2012-м, когда определилась внутренняя структура госорганов, возникли министерства, выстроилась новая линейка администрирования. То есть последовательность обратная: сначала международное признание, а уже потом – внутри страны. Но и это интересно.

Ну а что касается российского наследия в принципе – оно очень разнообразно. Я думаю, число ваших объектов Всемирного наследия будет увеличиваться. Потому что соотношение достойных включения в ЮНЕСКО российских объектов и тех, что уже имеют этот статус – слишком мало, диспропорционально. Думаю, что активизация российского комитета ИКОМОС процессу поможет. Так показывает практика, этому посвящен и мой доклад на симпозиуме – потенциальному включению объектов в Список Всемирного наследия. Это закономерность, которую мы уже знаем: чем активнее ведет себя национальный комитет ИКОМОС, тем больше объектов наследия ЮНЕСКО в стране.

Беседовали Евгения Твардовская, Константин Михайлов

 

На главную