Прокуратура - лучший друг зон охраны | Хранители наследия

Прокуратура – лучший друг зон охраны

14.07.2016
Прокуратура – лучший друг зон охраны

Курско-Казанская дуга: охранный фронт выстоял

Евгения Твардовская

Лето этого года оказалось богато на судебные тяжбы по отменам зон охраны не то что отдельных объектов культурного наследия, а целых городов. Покушение на зоны охраны было предпринято на широком фронте: от Курска до Рязани, от Рязани до Казани. Но по всей этой «Курско-Казанской дуге» охранный фронт выстоял, неприятель отбит во всех пунктах. Примечательно, что за ликвидацию зон охраны во всех случаях ратует администрация, выдавая подчас самые причудливые мотивировки о мифическом общественном благе, а вот сторону исторических памятников принимают местные активисты и прокуратура.

Рязань - в своем репертуаре

Отменять зоны охраны одним махом славной Рязани и области – не впервой.

Вспомним хотя бы историю с одномоментной ликвидацией зон охраны Константинова, последующую отмену скандального постановления рязанских властей №478 от 30 декабря 2013 года - более поздним числом и создание, таким образом, правового вакуума для легализации незаконных строек.

Последствия тех манипуляций бесконечны и будут давать о себе знать, видимо, всегда.

По наезженной губернатором дорожке пошла городская Дума, которая 24 декабря 2015 своим решением внесла изменения в Генеральный план Рязани в части поселка Борки. Изменилось функциональное назначение крупного земельного участка: с зоны «Спортивные комплексы и сооружения» и зоны «Пойменные ландшафты рек Оки, Трубежа» на «Общественно-жилые зоны». Владельцы 8 га в Борках получили право застраивать их коммерческой недвижимостью. Однако эта территория относится к объединенной зоне охраняемого природного ландшафта (ЗОПЛ) особо ценного объекта культурного наследия федерального значения «Ансамбль Кремля». Капитальное строительство здесь запрещено целым рядом норм, которые оказались проигнорированы.

Активист Андрей Петруцкий обратился в надзорный орган, который признал его доводы правильными. Важно, что прокуратура неоднократно представляла в Думу свои замечания и довела свою позицию до сведения депутатов на заседании городского парламента 24 декабря. Однако народные избранники сделали по-своему, в результате чего их представители оказались в Рязанском областном суде 14 июня 2016 года. А уже 20 июня судья Александр Воейков удовлетворил иск прокуратуры и отменил постановление Рязанской городской Думы.

Во всей этой ситуации примечательна аргументация, приведенная заместителем начальника правового управления Думы Елены Филяновой. Она заявила, среди прочего, что у Рязанского кремля вообще нет охранных зон, так как зоны охраны памятников истории и культуры города Рязани, утвержденные Рязоблисполкомом в 1986 году, не действуют, ибо не были официально опубликованы согласно Конституции РФ 1993 года. А кроме того, Рязанский кремль в рамках статуса музея-заповедника памятником вообще не является. А является достопримечательным местом, причем недавно выявленным, и не положена ему никакая охранная зона...

Удивительно даже не то, что такие тезисы в принципе возникли. Удивительно, что они были приняты коллегами Филяновой как руководство к действию. Причем к действию не по необходимой – если следовать в русле логики Рязанской думы – «легализации» советского постановления, а его отмене. То, что подобные аргументы не выдерживают никакой критики, было очевидно всем, кроме самой Елены Филяновой и рязанских думцев.

Игорь Карпицкий, представитель Госинспекции по охране объектов культурного наследия (она участвовала в процессе в качестве третьей стороны), поддержал прокуратуру и заявил о необходимости отмены решения гордумы в связи с тем, что рассматриваемый участок является зоной охраняемого природного ландшафта. Отдельно он отметил, что менять правовой режим этой земли можно было только по согласованию с инспекцией, а такого согласования не было.

Правда, остается не очень ясным, почему не было: потому что депутаты не обратились или потому что инспекция не согласилась.

Курский вираж

Курская администрация также развернула атаку на советское постановление 1990 года "Об установлении зон охраны памятников истории и культуры города Курска". Правда, в этом случае обошлось без резких бросков: горадминистрация обратилась в суд сама, в апреле 2016 года. Суть иска - признатьсоветский документ недействующим. Свои требования чиновники мотивировали предельно просто: решение облисполкома 1990 года якобы нарушает права муниципального образования по развитию центральной части города с заменой малоэтажного строительства многоэтажным, а также осуществлению дорожной деятельности и размещению рекламных конструкций.

Гражданское дело рассматривалось с привлечением представителя областной прокуратуры. И прокурор обратил внимание на то, что оспариваемый документ защищает объекты культурного наследия, а заодно гарантирует доступ граждан к памятникам истории. "В своем заключении он представил веские доводы о необходимости признания требований администрации города Курска необоснованными и не подлежащими удовлетворению", - отметили в пресс-службе региональной прокуратуры.

Суд в итоге встал на сторону прокурора. Курск пока сохранил советские зоны охраны, а соответствующий документ 1990 года – юридическую силу.

Исход Казанского дела

Надеемся, что точка поставлена и в деле попытки Татарстанского кабмина отменить действовавшие с 1988 года зоны охраны объектов культурного наследия Казани. Разбору этой ситуации мы посвятили в начале февраля материал “Казань безохранная”: в результате отмены зон охраны в отдельных участках исторического центра становилось возможным строительство зданий высотой до 124 м (!), и казанский Градсовет уже принялся рассматривать проекты, как называют их в городе, “жадных” домов. Кроме того, без зон охраны остались порядка 33 памятников, включая 6 федеральных.

На сторону градозащитников встал не только Верховный суд Республики Татарстан, но и судебная Коллегия по административным делам Верховного суда России, куда стороны обратились с апелляциями. Итак, 25 мая 2016 года Коллегия признала противоречащим федеральному законодательству и недействующим постановление кабинета министров Республики Татарстан №846, отменявшее охранные зоны по документу 1988 года. Более того, Коллегия признала постановление недействующим с даты его принятия (12 ноября 2015 г.), а не с даты вступления в силу решения суда (17 февраля 2016 г.), как постановил Верховный суд Татарстана. Таким образом, ликвидирован трехмесячный срок, в который фактически охранные зоны были отменены, и закрыта «лазейка» для возможной легализации строительных решений, принятых в этот период (см. рязанскую рецептуру).

В Апелляционном определении Коллегии (есть в распоряжении редакции) даются обоснования позиции суда.

В частности, указывается, что документ советского периода «обеспечивал более высокий уровень сохранности памятников истории и культуры в части площади охранной территории, численности объектов и строгости режима использования, чем после его отмены».

Далее еще цитата: «Поскольку отсутствие зон охраны создаёт реальную угрозу сохранности объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации для объектов культурного наследия, не вошедших в границы зон охраны объекта культурного наследия федерального значения «Ансамбль Казанского Кремля, XVI-XVIII вв.», суд справедливо пришёл к выводу о незаконности признания утратившим силу постановления Совета Министров Татарской АССР от 23 сентября 1988 года № 334 и снятия в связи с этим режима государственной охраны с части объектов культурного наследия города Казани».

Тезисы просты, прозрачны, как «не убий», «не укради», и, конечно же, прекрасно известны авторам казанского постановления об отмене зон охраны, да и других приведенных выше постановлений тоже. На что рассчитывали депутаты Рязанской думы, чиновники Курской и Казанской администрации? На пассивность прокуратуры и активистов? На некомпетентность суда? На то, что как-нибудь да «пройдет»?

Последствия таких постановлений их инициаторам хорошо известны и раз зная все, и осознавая все, они не устают проводить такие документы в жизнь, то должны нести и ответственность. И за выпуск противоречащих законам РФ нормативных актов; и за потраченные время и силы судебных органов, доказывающих очевидные вещи; наконец, за элементарную некомпетентность, а также за намеренное введение в заблуждение коллег-чиновников. Наконец, кто-то должен напомнить законотворцам, что в их обязанности входит не только обеспечение строительных свобод, но и сохранение объектов культурного наследия.

На главную