Город «Святой секиры», сражающийся за себя ::: Евгения Твардовская | Хранители наследия

Город «Святой секиры», сражающийся за себя

28.07.2020
Город «Святой секиры», сражающийся за себя

Современные рыцари Мамоново-Хайлигенбайля восстанавливают древнюю историю города

Евгения Твардовская

В городе Мамоново Калининградской области (бывший Хайлигенбайль) 25 июля впервые за 75 послевоенных лет прошло лютеранское богослужение. Прошло там же, где и всегда проходило несколько веков подряд – в местной кирхе, которой в этом году исполняется 700 лет. От нее – после всех перипетий боевой биографии – уцелел только фрагмент стены башни, но сейчас он законсервирован, а территория вокруг облагорожена, приведен в порядок также сохранившийся поблизости восточный фрагмент городской оборонительной стены XIV века, кроме того, идет расчистка территории, где когда-то находился августинский монастырь. Это уже фактически объекты для показа, наравне с замечательным Мамоновским городским музеем. И все это, включая музей, сделано силами местных жителей, благодаря их инициативе и их решению… Абсолютно бесплатно.

Словно бы не кирха возрождается. А кирха возрождает… И пространство вокруг себя, и город, и людей в этом городе.

топор2.jpg

IMG_6417.JPG

топор1.jpg

Связь через страны и века

Посредством гаджетов 25 июля с Мамоново на связь вышел пастор Scheel/Шеель и провёл евангелическую службу в прямом эфире из кирхи Matthias-Mann Claudius Kirche, Reinfeld in Holstein (Германия). Переводил пастора Шееля председатель лютеранской общины Мамоново, почетный гражданин города, Александр Хамзеевич Райх.  Община сейчас совсем небольшая – всего 6 человек, а еще четверть века назад было 35 семей, но многие уехали, кого-то не стало.

2909a383-03e0-4d90-8589-941b282571b3.JPG

Александр Райх – бывший военный, служивший в местной части и живший напротив кирхи. 

«Во время войны кирха была разрушена, но я еще застал стоящую башню, –  вспоминает Александр Хамзеевич. –  Ее взорвали в 1982 году. Помню, что был на службе, вернулся – башни уже нет. В этот момент жена была дома; рассказывала, что их всех попросили выйти из квартир: боялись, что от взрыва дом мог пострадать. Уничтожение башни многие тогда осудили. Но – что было делать?  Так и остался небольшой «зуб» от башни. Место постепенно зарастало, вокруг мусор сваливали. Но постепенно сюда «добрался» городской парк и не замечать руину стало невозможно».

Информационный голод в информационный век

Сохранилось очень мало изображений кирхи: несколько довоенных фото и еще пара снимков внутри. Никаких документов о строительстве, никаких чертежей или планов, никаких смет и расчетов. А ведь была еще и библиотека, и архив, и предметы богослужения, и скульптуры. Говорят, что Советская армия застала лишь полуразрушенные стены, все уже было вывезено.

«Скорее всего, есть документы в архиве в польском Ольштыне. Мы делали запрос, но конкретного ответа не последовало», – рассказывает сотрудник Мамоновского городского музея Константин Косенков.

IMG_1438.JPG

Ну а пока в музее по крупицам собирают историю кирхи, контактируют с бывшими местными жителями, переписываются с исследователями. Кстати, именно музей, созданный по частной инициативе в подвалах бывшего молокозавода и доросший за 10 лет до официальной регистрации экспонатов в Госкаталоге РФ, стал инициатором консервации сохранявшейся руины. Как говорит Константин Косенков, и о более захолустных и мелких храмах удавалось найти немало, так что и здесь что-то найдется. Просто в свое время.

Кирха в Хайлигенбайле слишком значительна и знакова для истории, чтобы информация о ней просто растворилась.

топор11.jpg

мамоново7.jpg

мамоново101.jpg

Славная история

Само название города Heiligenbeil переводится с немецкого, как "священный, или святой топор". Есть еще вариант – «святая секира». Легенда утверждает, что в XIII веке здесь был священный дуб, где пруссы-язычники совершали обряды.  Дуб был настолько крепким, что ни один рыцарь не мог его срубить. Топоры отскакивали от ствола, словно тот был железным. Но свалил дуб епископ Анзельмус - каким-то особенным святым топором. После этого повелел епископ на этом месте построить город, и в церкви этого города сохранить тот топор, с помощью которого дуб был сокрушен. Этот город назвал он Хайлигенбайль («Священная секира»).  Топор, по одной из версий, был сохранен под камнем, над которым и начали в 1320 году строить кирху.  Именно в ней,  в 1510 году   собрались представители высших кругов Тевтонского ордена и епископов для избрания последнего верховного магистра — Альбрехта Гогенцоллерна. Он же в  1525 году принял протестантство и организовал светское государство, став  первым прусским герцогом, который ушел из-под влияния католической Польши. И потому совсем не случайно во второй половине XIX века покровителем евангелической приходской кирхи в Хайлигенбайле являлся сам король Пруссии. Не исключено, что здесь же принимали присягу в 1758 году  на верность Российской империи.

Первоначальная функция сооружения была оборонительная. Здание кирхи имело размеры 40 на 17 метров и было выполнено в готическом стиле. Кирха имела  массивную башню с приплюснутой пирамидальной крышей. После трёх пожаров здание кирхи было вновь отстроено в 1789 – 1796 гг. До пожара 1788 года башня увенчивалась остроконечным шпилем, который, согласно сообщению земельного архитектора Лёкеля (1762), «наряду с таковым же в Тильзите был красивейшим во всей стране». Несколько столетий просуществовал богато украшенный западный портал кирхи: по оформлению он был похож на портал кирхи в Бальге.

Церковь в Хайлигенбайле неоднократно горела и перестраивалась. Наиболее масштабные работы были проведены в 1789–1796 годах, тогда здание  оштукатурили.
Интерьер кирхи был восстановлен в 1789–1796 гг. в стиле раннего классицизма и имел (включая алтарь, хоры и орган) золотисто-белую цветовую гамму. Орган был построен кёнигсбергским мастером Якобом Пройсом. Передний зал башни был переоборудован в 1921 году в поминальное помещение в честь более чем 200 членов церковного прихода, погибших в Первую мировую войну. Свод потолка был выполнен в виде небосклона с изображёнными на нём звёздами.

Во время второй мировой войны  здание кирхи сильно пострадало, но башня уцелела. После того, как взорвали и ее – сохранялся только один фрагмент стены и части фундамента. Кирху строили как католическую церковь, а в 1525 она стала лютеранской. Работала до 25 марта 1945 года – в этот день советские войска штурмом взяли город. На сегодняшний день кирха в Мамонове принадлежит Русской православной церкви.

топор13.jpg

Фото: Кирха до начала работ

Время собирать камни

Два года назад городской музей выступил с инициативой расчистить территорию вокруг руины, укрепить оставшийся фрагмент стены, то есть как-то обозначить присутствие некогда выдающейся во всех смыслах постройки. Последним «толчком», как рассказывает основатель и директор музея Дмитрий Адольфович Шилов, стало неожиданное посмертное пожертвование от гражданки Германии, уроженки Хайлигенбайле Инге Каарс, которую крестили в лютеранской кирхе. С родителями еще ребенком она уехала из города в 1940-е годы, но потом неоднократно приезжала в Мамоново, посещала музей, близко к сердцу принимала все старания Дмитрия Шилова  возродить городскую историю. И в завещании она попросила не приносить на ее похороны цветы, а пожертвовать эти деньги музею. Муж и друзья исполнили последнюю волю Инге Каарс.

IMG_7564.JPG

83ac93f2-710d-48f9-aac4-4092a692ff8d.JPG

Фото: Основатель и директор Мамоновского городского музея Дмитрий Адольфович Шилов и председатель лютеранской общины Мамоново Александр Хазеевич Райх

«Полученные деньги мы хотели потратить на что-то существенное, что надолго останется, - рассказал Дмитрий Шилов. – И поняли, что время пришло сделать то, что давно задумали: расчистить кирху, как-то ее реанимировать. Мы, конечно же, все работы согласовали с администрацией, с Русской Православной церковью. Два года шли работы. Вот список тех, кто участвовал. Здесь 40 человек, самые разные люди, мы постарались вписать всех. Номером один – глава нашей администрации, который помогал техникой, поучаствовал материально. Надо сказать, что новая горадминиистрация с гораздо большим пониманием относится к нашим инициативам… В списках волонтеров - Захар – правнук бывшего председателя горисполкома Филатова, который принимал решение о взрыве башни. А вот «незнакомый мужчина Петрович»: как-то раз мы работаем, он идет. Остановился, поговорил с нами, взял грабли и стал помогать. Потом сказал, что когда-то он здесь жил.  И ушел. Ничего больше о нем не знаем.

Вот местная жительница Светлана. Пару раз мимо проходила, на третий подходит – вот вам вот вам тысяча рублей, купите попить и поесть. А ведь это тоже важно. Каждая копейка на счету. РПЦ помогла нам стройматериалами, за что тоже огромная благодарность. Здание не является реестровым объектом культурного наследия. Иначе бы руина так и сгинула: денег нет, и никто бы на руину их давать не стал.

Мы сначала убирали мусор, выпиливали деревья и кустарники. Вручную искали линии фундамента и фрагменты стен. Кирпичную кладку мы приподняли. Всю землю просеивали. Битый кирпич шел на укрепление фундаментов. Оставшуюся землю – 10 машин – вывезли и отсыпали ей дорогу к озеру. То есть безотходное производство».

мамоново6.jpg

мамоново4.jpg

Фото: Периметр башни, вскрытые фундаменты

мамоново1.jpg

мамоново3.jpg

IMG_5310.JPG

Фото: Остатки подлинного покрытия пола

Сейчас обозначен периметр всей кирхи, вскрыты и укреплены обнаруженные фрагменты стен, историческим кирпичом вымощен пол башни. Сохранено обнаруженное подлинное половое покрытие. «Дневник» и отчет о работе велся в соцсетях…   

«Конечно, мы тут же стали объектом целого потока яростных нападок и критики из-за ненаучности подхода, из-за того, что не было профессиональной археологии, - вспоминает Константин Косенков. - Поверьте, мы все это не хуже других знаем. Но выбор был – или все рухнет окончательно, или мы сохраним хоть что-то. Мы действовали максимально аккуратно: снимали и просеивали советский культурный слой, вглубь не лезли. Так что желающие археологи могут получить соответствующие разрешения, приехать и работать за бесплатно. Ну, или найти спонсоров…. Восстанавливать кирху планов нет. Мы достигли главного – она расчищена и вернулась в городское пространство».

Так что кирха таит еще много открытий. Тем более что вокруг нее еще было кладбище, никогда никем не исследованное.

Волонтеры также расчистили участок восточной части городской оборонительной стены Хайлигенбайля. Примечательно, что именно этот фрагмент  прекрасно виден на старейшем (из известных на сегодня) изображении Города топоров - гравюре 1675-го года из книги К. Харткноха "Старая и Новая Пруссия".

мамоново10.jpg

мамоново11.jpg

 

Домашнее задание

Сейчас в музее документируют все находки. Это  монеты, янтарный мундштук, а также уникальные фрагменты средневековых кирпичей: такими же был оформлен портал кирхи на Бальге, которой в этом году также 700 лет.

мамоново9.jpg

топор6.jpg

Были обнаружены у самых стен башни остатки мощения из мелкого булыжника. Сотрудники музея  обратились к фотографиям  портала до 1945-го года, и стало ясно, что это - не отмостка, как предполагалось ранее, а фрагменты целого плаца, который был перед главным входом и плавно переходил в улицу Gross Kirchen strasse (Большая церковная), которая шла вдоль кирхи. 

Был найден фрагмент артефакта, напоминающий мельничный жёрнов или шкив диаметром 110-115 см из 
гранита крупнозернистой структуры розового оттенка. Что это? Пока неизвестно.

Мамоново102.jpg

Ну и наконец, главная загадка.

IMG_0464.JPG

IMG_6227.JPG

«Прямо на  продольной оси храма обнаружили камень, - показывает Константин Косенков. - Если его намочить он становится розовым. Он имеет «фундамент»: лежит на природных камнях. То есть это рукотворная вещь, так было сделано специально, видимо, камень представлял ценность. Мы побоялись его трогать. Может быть, это закладной камень, может быть, алтарь первый. Языческий дуб, упоминающийся в легендах о нашем городе, рос где-то здесь. Не было ли так, что рыцари решили запечатать именно этим камнем топор, как гласит легенда, и построить кирху?»

От мистики к реальности

Пока Мамоново лежит в стороне от проторенных туристических троп, да и наверняка немногие слышали про этот город. Но благодаря энтузиастам, борющимся за право на историю и культуру, можно с уверенностью сказать, что ситуация изменится. Правда, не все местные жители и руководители это осознают. Обвинения в «германизации» поначалу нередко звучали в адрес инициаторов работ на кирхе. Теперь понимания больше. Со стороны Русской православной церкви – никаких препятствий, в том числе и регулярным службам лютеранской общины.

Что дальше – этот вопрос возникает, когда завершен большой этап. Что дальше будет с кирхой? Формально ее нет, она не реестровый памятник, а значит, здесь в любой момент может начаться строительство, скажем, нового православного храма. С другой стороны, чисто теоретически, в случае решения финансового и прочих вопросов, могут найтись те, кто решит воссоздавать кирху: притом, что исторических материалов для воссоздания – ноль, это убьет оставшуюся подлинность и всю атмосферу. Найденное местными энтузиастами решение выглядит на данный момент наиболее оптимальным. Проведенные работы – да, не строго научные – тем не менее решили главное: прусская часть истории возвращается, пусть и под новым названием, а Мамоново-Хайлигенбайл становится старше, богаче и мудрее. Облагороженные руины производят сильное впечатление.

«В названии нашего города недаром встречается слово «святой», - отмечает Александр Райх. - Это и правда святое место, которое никогда не было пусто. Здесь всегда было движение… Если Кенигсберг был столицей светской, то Хайлигенбайль – столицей духовной. Ну а духовное – значит, объединяющее. Поэтому мне очень было радостно, когда на недавнем открытии памятного камня в честь 700-летия кирхи рядом стояли и разрезали ленточку представители православной церкви, католической, лютеранской, представитель горадминистрации. Это же уникальный случай! На их лицах – умиротворение, улыбка. Наша кирха показывает пример того, что согласие и мир возможны и необходимы при всех сложностях истории».

топор8.jpg

топор10.jpg

«Помогать – Защищать – Исцелять» - этот лозунг тевтонских рыцарей сегодня воплощают в Мамонове – Хайлигенбайле  XXI века. Рыцарей-волонтеров немного: все два сотрудника музея, местное историко-географическое общество – там порядка восьми человек. Это костяк - преданные идее люди, которые надеются в основном на себя и свои силы, которые чувствуют свою ответственность и то, что  история неделима по национальному признаку, а вот все лишнее – пустые надежды, обиды, споры - лучше отрубать… «святым топором».

Фото: Мамоновский городской музей, Евгения Земцова, Евгения Твардовская

  

На главную