Яндомозеро: поматросили и бросили

29.11.2016
Яндомозеро: поматросили и бросили

Эксперимент Минкультуры России и Карелии с переносом деревянного храма XVII века обернулся фиаско

«Хранители Наследия»

Дано: ветшающий деревянный Варваринский храм XVII века в заброшенном карельском селе Яндомозеро. Реставрировать его на месте чрезвычайно сложно, а для кого – непонятно.

Решение задачи: в ноябре 2015 года министерства культуры России и Карелии принимают окончательное решение о переносе памятника в близлежащее обитаемое село Типиницы, где его можно поставить на месте давно утраченного деревянного храма.

Результат год спустя: часть бревен сруба Варваринской церкви несколько месяцев лежат под открытым небом (читай: под снегом и дождем) на новом месте, часть – оставлены на старом. Работы по сборке храма, которые должны были закончиться осенью 2016 года, не начаты.

Вывод: памятник русского деревянного зодчества 1650-х гг. – на грани утраты в результате работ по его сохранению, оплаченных, правда, не полностью, из федерального бюджета.

Вопрос: это трагическая случайность или трагическая закономерность?

ya5.jpg

Повезли родимую

В ноябре 2015 года «Хранители Наследия» рассказали, что Министерство культуры России согласовало перенос деревянной Варваринской церкви середины XVII века (объект культурного наследия федерального значения) из Яндомозера. Объявившее об этом Министерство культуры Карелии сообщало, что перемещение церкви необходимо «в целях обеспечения ее сохранности и проведения реставрационных работ».

В 2013-2014 гг. Минкультуры России провело – в рамках ФЦП «Культура России» - конкурсы сначала на разработку проектно-сметной документации по реставрации Варваринского храма, а в ноябре-декабре 2014-го организовало тендер на проведение на нем ремонтно-реставрационных работ, с начальной (максимальной) ценой контракта в 34 млн 264 тыс. рублей. В том же году был заключен госконтракт на комплексную реставрацию памятника в 2015-2016 гг.

В мае 2016 года мы рассказывали, что перевоз 600 кубометров разобранного деревянного сруба начат - «по бревнышку», как сообщал карельский информпортал «Республика». Конкурс на перенос храма выиграло весьма знакомое читателям нашего сайта ООО «Эшель». В Типиницах бревна складировались. Уже тогда нас насторожило, что навесы, предохраняющие подлинный сруб от атмосферных осадков, почему-то планировалось устроить позже. Как рассказывал тогда руководитель работ по перевозке Виталий Лях, «процент гнилого дерева очень большой».

Как сообщалось, реставрацией декоративных элементов Варваринского храма тем временем занимался АРЦ «Заонежье» в Петрозаводске, а работы по реставрации сруба на новом месте были доверены карельской фирме «Экситон». Собрать церковь в Типиницах реставраторы планировали к концу осени 2016 года.

Министерство культуры России тем временем оптимистически включило историю с переносом яндомозерского храма в официальный «Государственный доклад о состоянии культуры в Российской Федерации в 2015 году»: «В целях сохранения объекта культурного наследия федерального значения «Варваринская церковь (деревянная)», 1656 г. (д. Яндомозеро, Карелия), использования его по первоначальному назначению и вовлечения его в туристический оборот приказом Минкультуры России от 26 октября 2015 г. № 2677 разрешено перемещение указанной церкви из нежилой д. Яндомозеро в д. Типиницы Медвежьегорского района Республики Карелия, где имеются условия, необходимые для восстановления и сохранения памятника». 

Интересно, кто-нибудь когда-нибудь проверяет соответствие состояния культуры в Российской Федерации в «Государственном докладе…» и в реальности?

«Деньги просто перестали платить, но мы работали до последнего»

Настал ноябрь 2016-го, и вдруг карельская «Республика» напечатала следующее краткое сообщение:

«Работы по реставрации пришлось отложить до следующего лета. Как пояснили в республиканском Минкульте, в проект пришлось вносить изменения, которые касаются устройства нового фундамента. Окончательный проект уже согласован в карельском ведомстве, и работы по установке фундамента и дальнейшей реставрации храма решено начать в теплое время — летом следующего года.

В настоящее время бревна сруба церкви находятся под укрытием в деревне Типиницы.

Кроме того, по словам первого замминистра культуры Юлии Алиповой, пока не ясна позиция федерального министерства по выбору исполнителя работ: будет ли ведомство заново объявлять конкурс или оставит уже выбранного подрядчика — московскую фирму ООО «Эшель»».

Теперь самое время перейти к неофициальным сообщениям, которым веры, честное слово, больше.

Для начала – письмо жителей села Типиницы, поступившее в начале ноября 2016 года в Общественную палату Карелии и обнародованное вскоре в республиканской прессе:    

«Как же мы все обрадовались, когда узнали о предложении перенести в нашу деревню Варваринскую церковь из Яндомозера! И вот, по зимнику, бревна привезли и складировали в штабеля прямо в центре Типиниц, около  того места, где и предполагается  возводить церковь. Все лето бревна пролежали нетронутыми, под дождями, которых было с избытком. К осени лишь два штабеля прикрыли навесами. Рабочие уехали, сказав нам, что им даже не заплатили за работу. Все дело встало. Кончились выделенные средства? Или их кто-то украл – скажем прямо?! Очень просим принципиально разобраться в сложившейся ситуации».

В начале октября 2016-го в Яндомозере и Типиницах побывал путешественник Сергей Яковлев: «Я вышел в Яндомозеро, где никакой церкви и колокольни не оказалось. Лишь развороченный фундамент и куча брошенных бревен. Рыбак, постоянно здесь обитающий, рассказал, что церковь зимой спешно вывезли в Типиницы… А в Типиницах оказался полный атас. Сруб брошен на землю, ничем не прикрыт и так пролежал более полугода, скорее всего, так и сгниет».

ya1.jpgya2.jpg

Это было Варваринской церковью в Яндомозере.

ya3.jpg

Это должно было стать церковью из Яндомозера в Типиницах.

А теперь – слово непосредственному участнику перевоза церковного сруба Виталию Ляху, рассказавшему, как это происходило, в социальных сетях

«Решение о перевозке церкви - единственное правильное решение, поверьте тому, кто реально знает ситуацию. Но все по порядку: без реставрации, причем полной переборки, Варваринская церковь простояла бы лет 5-7 (по нашей информации, памятник действительно был в весьма тяжелом техническом состоянии и «держался на сжимах» - Ред.).  

Реставрация дело весьма затратное и очень непростое, а в данных условиях просто невыполнимое.

Может быть вы не знаете, но там была еще и зимняя церковь, которая обвалилась и ее распилили на дрова. Эта участь ждала и Варваринскую. Конкурс выиграла весьма солидная фирма «Эшель» и это гораздо лучше ,чем «Балтстрой» и тем более «Готланд»; я лично занимался разборкой и вывозкой церкви.

Мы построили 8 километров зимней дороги и поначалу все было очень хорошо... но в Минкульте произошла «борьба с коррупцией», посадили тех, кто подписывал и платил... Деньги просто перестали платить, но мы работали до последнего. Последний рейс (8км) на двух 131-х ЗИЛах с лебедкой ехали три дня!.. К сожалению, Минкульт РФ просто не подписал КСки (акты о выполненных работах) и не заплатил. Летом планировали довывезти то, что осталось там, и закрыть навесами стеллажи. Также должны были сделать фундамент. Но к сожалению, денег мы не увидели до сих пор, а мне должны полтора миллиона. Обещают найти на вывозку, но вот веры все меньше. Вот такая у нас власть в стране.

По поводу брошенных по дороге бревен: там у дома после низины лежат 4 рейса, вывозили, пока лед стоял, туда, там река - и боялись, что будет не проехать раньше, чем рухнет дорога.

Вывозили и разбирали с февраля по май, пока дорога не упала. Контракт есть, но по нему не заплатил Минкульт РФ, не принял КСки. В результате генподрядчик - банкрот, у него по всем объектам так…».

Карельские информресурсы сообщили еще, что «обеспокоенное судьбой своей святыни местное сообщество не раз поднимало вопрос спасения Варваринской церкви. 10 июля в рамках предвыборного объезда республики глава Карелии Худилайнен впервые за время своего губернаторства наведался в Великую Губу. На вопрос жителей про Варварку губернатор ответить не смог, его подстраховала начальник управления культурной политики Минкультуры Карелии Варвара Лебедева, дескать, не надо паники, все идет по плану.

Но, как мы видим, 31 октября прошло – сруб лежит (бревна только частично укрыты навесом), фундамент не готов».

«Доехало действительно не все»

В сентябре 2016 года редакцию «Хранителей Наследия» посетил частый герой наших материалов – гендиректор ООО «Эшель» Евгений Загоскин. Тогда было еще не до конца понятно, чем закончится кампания 2016 года по «сохранению» Варваринской церкви, но мы посвятили ее судьбе значительную часть нашей беседы:

«Хранители Наследия»: Мы видим в социальных сетях сигналы о том, что что-то с Яндомозером не в порядке – часть сруба увезли, сложили на новом месте, причем пишут, что даже без навеса, часть осталась на прежнем месте. Мы спрашивали в Министерстве культуры Карелии - с их точки зрения, все там нормально, рабочий процесс. Что происходит?

Евгений Загоскин: Ситуация непростая там на самом деле. Церковь вывезена, мы старались, смогли ее в зиму оттуда максимально вывезти.

Было два контракта. Первый контракт подразумевал реставрацию на месте. И мы конкурс на этот контракт выиграли. Но параллельно велась работа со стороны Минкультуры Карелии, и Минкультуры федерального – о переносе объекта. В определенный момент стало понятно, что реставрация на месте уже нецелесообразна. Тот контракт был с нами расторгнут, и чуть позже был заключен новый контракт, который подразумевал перевозку объекта.

«ХН»: По новому конкурсу?

ЕЗ: Да, по новому конкурсу.

«ХН»: При этом вы имели какое-то преимущество как обладатели прошлого контракта?

ЕЗ: Нет, вышло две компании, мы и компания «Готланд», выиграли мы.

Мы перевезли сруб в Типиницы, сложили и были в принципе готовы собирать его. Поэтому задачи делать некий капитальный навес перед нами не стояло. Стояла задача начинать монтаж.

ya4.jpg

Храм в Яндомозере перед разборкой. Весна 2016 года.

«ХН»: Тогда же, весной?

ЕЗ: Да, весна-лето, то есть в сезон начинать работу. Но, к сожалению, возник ряд, скажем так, моментов, которые потребовали дополнительных проектных решений. Это вопрос фундамента, посадки объекта на место.

«ХН»: разве этого не было в проекте?

ЕЗ: Скажем так, это не было отображено должным образом. И здесь мы встали. На сегодняшний день материал сруба частично накрыт, сейчас ребята должны выехать и тоже накрыть остальную часть, потому что мы понимаем, что плавно уходим в зиму, а зимой заливать там бетон не очень хорошо под фундамент.

«ХН»: Сруб действительно неделями лежал без навеса, просто на земле?

ЕЗ: Мы ее складывали, как положено, на подкладки, чтобы вентиляция была, чтобы не было загнивания, чтобы было естественное проветривание, периодически прокашивали там траву.

«ХН»: А что будет с фундаментом?

ЕЗ: Проектировщики подготовили проектное решение. Другое дело, что по этим проектным решениям есть вопросы у органа охраны. И, в принципе, они отчасти справедливы. Потому что у проектировщика, скажем так, свое мнение: давайте сделаем мощный монолитный фундамент, заглубимся ниже отметки промерзания. Мы с конструкторами общались, они говорят: «По нашим расчетам получается, что нужен такой фундамент». Возникает встречный вопрос: «Коллеги, все понятно, но до этого храм 350 лет стоял на валунном фундаменте, и он простоял, пока мы не пришли, очень долго. А сейчас мы мы говорим, что надо под него десятки кубометров бетона залить, чтобы все было хорошо».

«ХН»: Все-таки не до конца понятно. Наверняка устройство фундамента было заложено в проекте. Вы говорите, оно было «недостаточно отражено». Кто решил, что оно недостаточно отражено? Это по ходу процесса выяснилось?

ЕЗ: Это по ходу процесса выяснилось.

«ХН»: Это вы делаете такие выводы или проектировщик?

ЕЗ: Скажем так, мы задали этот вопрос, и пошла некая мозговая активность у всех участников этого процесса.

История для нас немножко грустная, потому что не удалось довести это дело момент до конца. Была возможность, и все можно было для этого сделать. А сейчас получается, мы вынуждены все это консервировать. А объект действительно красивый…

В ноябре мы попросили Евгения Загоскина дополнить сентябрьский рассказ, и он прислал нам следующее письмо:

«Все что сказано Виталием Ляхом, верно. Добавить к ранее сказанному мне нечего, доехало действительно не все, ребята что смогли вывезли.

По хранению: вывезенный сруб частично накрыт, были предписания от органа охраны с требованием укрыть сруб, мы его выполнить в полном объеме не смогли в связи с невозможностью профинансировать работы. 

По проекту: информации о  конечном решении у меня нет. 

P.S. Для меня лично сложившаяся ситуация очень болезненна, и мысль о том, что сам что-то не доработал, что не дожал ситуацию до конца - не покидает. Почти двадцать лет работы в реставрации, а на слуху у всех только негатив».

Комментарий «Хранителей Наследия»: у нас нет оснований не доверять «показаниям» участников процесса. Все логично: исчезла зимняя дорога – «4 рейса» с грузом XVII века остались гнить на прежнем месте; не приняли акты о работах, не заплатили денег – не укрыли полностью то, что успели перевезти; по ходу процесса выяснились проблемы с фундаментом – храм не стали собирать…

Вряд ли стоит думать, что Варваринский храм из Яндомозера так и сгинет. Нет, ведь госконтракты были заключены, слова сказаны – его неизбежно построят на новом месте заново, на бетонном фундаменте. Сколько бревен XVII века при этом займут свое место в срубе – кто будет задаваться этим вопросом, когда Министерства культуры России и Карелии будут торжественно рапортовать о сдаче отреставрированного объекта?

Что до сих пор удивительно – откровенная обыденность происходящего. Можно подумать, что деревянные храмы XVII века у нас перевозятся с места на место ежегодно, что потери значительной части подлинника по дороге входят в реставрационный стандарт, что «хранение» 360-летних бревен под открытым небом – дело само собою разумеющееся.

И здесь – опять-таки сам собою – встает вопрос о роли госорганов охраны памятников. Она ведь не может сводиться только к организации тендеров. Если федеральный и региональный органы госохраны приняли и согласовали решение о перемещении уникального храма – они ведь должны и контролировать ход спецоперации, и отвечать за результат? Чем отвечает подрядчик в случае фиаско – понятно: финансовыми потерями, вплоть до разорения. Как и чем отвечают заказчики?

ya6.jpg

Храм в Яндомозере до разборки.

Досье. Церковь Варвары Великомученицы в Яндомозере – один их самых ранних сохранившихся деревянных шатровых храмов Русского Севера. Принадлежит к типу «восьмерик на четверике». Первоначально была построена как «клетская», но в 1710-е годы расширена и увенчана восьмигранным объемом с шатром. Колокольня пристроена в XVIII в. Церковь перестраивалась в 1860-е годы. Реставрировалась в 1950-х, 1968-м и 1988-1989 гг. Во время реставрации 1980-х, когда село еще было жилым, с храма сняли позднюю тесовую обшивку, открыв оригинальные конструкции сруба. Это умножило количество красивых фотографий, памятника, но вряд ли способствовало его сохранности.

От села Яндомозеро осталось еще несколько пустующих деревянных домов. Некогда здесь был населенный приход (в конце XVIII в. – 83 двора с 903 жителями), рядом с Варваринской церковью в XIX столетии был построен более вместительный «теплый» храм, в последние годы растащенный на дрова.

Фото: Сергей Яковлев, Виталий Лях

На главную