Et cetera, et cetera… | Хранители наследия

Et cetera, et cetera…

23.04.2015
Et cetera, et cetera…

Константин Михайлов

Откровенно говоря, меня до глубины души порадовало сообщение о том, что 22 апреля 2015 года Архитектурный совет Москвы единодушно отклонил проект «второй очереди» здания театра «ET CETERA» на Тургеневской площади.


«Воля архитектора сломлена хозяйственным напором»

Почему порадовало, не стану объяснять, потому что эскизы проекта, разработанного компанией «СатКо-Альянс», красноречивее любых объяснений.

Et Cetera 2.jpg

А если эскизов все-таки недостаточно, то послушаем профессиональных архитекторов и градостроителей:

Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов: «Этот проект не подходит для центра столицы. Глядя на него, возникает ощущение хаоса».

Гендиректор «Моспроекта-2» Михаил Посохин: «Рядом находятся уникальные памятники архитектуры, и здесь надо создать хороший вход для театра, вестибюль и понятное пространство, связанное с городом. В данном случае мы имеем совершенно провинциальный хозяйственный вход».

Et Cetera 3.jpg

Руководящий партнер архитектурной мастерской SPEECH Сергей Чобан: «Не удачна и трактовка круглой площади, которая лишена всякой функции и главное - градостроительной».

И, наконец, главный архитектор НИиПИ Генплана Москвы Андрей Гнездилов: «К сожалению, воля архитектора здесь была сломлена хозяйственным напором. Я не понимаю, как устроен этот театр, он вообще на театр не похож. Это какой-то сельский клуб, перестроенный приезжими циркачами. Мне кажется, здесь надо все переделывать от начала до конца. У меня такое ощущение, что этим проектом управляет кто-то абсолютно непрофессиональный».

Руководитель бюро «Проект Меганом» Юрий Григорян: «На мой взгляд, главное достоинство театра Калягина - что его не видно ниоткуда. В этом проекте никакого уважения ни к памятникам, ни к публичному пространству я не вижу. Мне кажется, это просто неприемлемо».

Et Cetera 4.jpg

В новой пристройке театр намеревался разместить главный вход, фойе, гардероб, большой репетиционный зал, дополнительные артистические и административные помещения, служебный лифт, подъемник для декораций, «большой карман» сцены.

Заметим, что при обсуждении, как водится, не вспоминали о режимах охранной зоны и параметрах допустимой по закону «регенерации», руководствуясь в первую очередь эстетическими соображениями. Но спасибо и на том, что вспомнили о памятниках архитектуры по соседству. По нашей информации, по итогам обсуждения в архитектурных кругах созрело намерение попробовать убедить мэра Собянина, что на Тургеневской площади вообще больше ничего строить не нужно.

Тем более, что возводить вторую очередь театра «Et Cetera» пока что планируется за счет городского бюджета. На данный момент, согласно адресной инвестиционной программе (АИП) Москвы до 2017 г., на строительство выделено примерно 640 млн руб.

В общем, если благодаря Архсовету Москву избавят от такого подарка за ее же собственный счет, то и славно. Трам-пам-пам.

Впрочем, в истории Москвы случалось, как известно, всякое. А в недавней истории именно этого уголка Москвы случилось практически невероятное: уж не знаю, хозяйственным или каким иным напором - здесь была перечеркнута воля Патриарха и изменена воля мэра столицы. Я имею ввиду подзабытую уже историю не-воссоздания снесенной в 1930-е годы церкви Флора и Лавра у Мясницких ворот.

И когда я говорю, что решение Архсовета от 22 апреля 2015 года порадовало меня до глубины души, так это потому, что по-прежнему надеюсь: История помнит все. И воздает по заслугам.


«Поддержано Правительством Москвы»

Поскольку речь об Истории, повесть наша будет максимально документальной.

17 октября 2002 года Правительство Москвы приняло распоряжение № 1574-рп «О строительстве Московского театра «ETC» («ET CETERA») под руководством Александра Калягина на углу Боброва и Фролова переулков (Центральный административный округ)». Распоряжение намечало два этапа ("очереди") строительства театрального комплекса; срок полного ввода здания в эксплуатацию был назначен – «до конца 2006 года». Заказчиком работ, согласно распоряжению, должно было выступить ООО «СТД Девелопментс». Не буду загромождать сознание читателя юридическими выписками: стоит обратить внимание на адрес: Страстной бульвар, 10 – в 2000-е годы указанный в сотнях сообщений и объявлений в Сети как адрес этой девелоперской компании. По этому же адресу находится другой СТД - центральный офис Союза Театральных деятелей России, председателем которого является Александр Калягин. Но это так, совпадение. Мы же знаем, как тесен мир.

На сайте группы компаний «СТД-ГРУП» театр «ET CETERA» красуется в разделе «Мы построили».

Первая очередь театра была закончена по московским меркам очень быстро – в ноябре 2005-го «ET CETERA» уже «распахнул перед зрителями новые двери», как повествуют в «СТД-ГРУП». Воздержимся от архитектурных оценок – дело прошлое, да и повесть наша не о том.

Пока СТД «Девелопментс» осваивал новый строительный участок, а ценители театрального искусства - новый адрес свиданий с Мельпоменой, православные верующие Москвы не забывали о том, что практически одновременно с решением о строительстве театра, 5 ноября 2002 года, Правительство Москвы приняло постановление № 909-пп, которым утвердило «Градостроительный план развития территории Красносельского района Центрального административного округа г. Москвы» которым предусматривалось «воссоздание церковного здания» в Бобровом переулке, 7.

Память об уничтоженном храме жила в умах и сердцах. Церковный участок не был застроен при советской власти, что позволяло мечтать о его воссоздании. В декабре 2004 года в Москве по благословению Патриарха Алексия был создан приход храма Флора и Лавра у Мясницких ворот.

13 января 2005 года Патриарх Алексий специальным письмом известил об этом мэра Юрия Лужкова, напомнил ему о градостроительном плане Красносельского района и просил дать поручение Москомархитектуре и префектуре ЦАО о разработке «исходно-разрешительной документации» и проекта распорядительного документа Правительства Москвы о воссоздании «московской святыни, возведенной в XVII в. и порушенной в годы лихолетья».

Rest.jpg

Проект воссоздания храма, утвержденный Патриархом в декабре 2005-го  был в том же 2005 году разработан Товариществом реставраторов под руководством архитектора Н.Д. Недовича. Помимо воссоздания храма, поставленного на мощный стилобат, он предусматривал «регенерацию» между ним и театром православной гимназии, трапезной и баптистерия.

Такая «регенерация» в охранной зоне, по соседству с великолепным классическим домом Юшкова, приписываемым гению Баженова, разумеется, весьма спорна и вызывала обоснованную критику специалистов даже через несколько лет, когда проектирование вел уже «Моспроект-4». Например, в весьма познавательной статье коллеги Александра Можаева (на сайте «Архнадзора» 2008 года, когда он был еше не общественным движением, а интернет-ресурсом), можно найти следующий отзыв члена Экспертно-консультативного совета при Мэре Москвы (ЭКОС) Елены Андреевой:

“Способ решения ситуации, предлагаемый проектировщиками “Моспроекта-4”, мягко говоря, мало органичен и не принесёт городу ничего, кроме уродства. Когда они осознали, что надо строить церковь, то поставили её как могли, простодушно, на стилобат, закрыв баженовскую ротонду. Мы начали противиться - они согласились опустить её на землю, но только на угол квартала, где она также будет перекрывать ротонду”.

Тем не менее, консилиум экспертов мог бы приблизить ситуацию к приемлемому и гармоничному решению. На то они и эксперты, в конце концов.

15.jpg

Московские власти тем временем с уважением отнеслись к просьбе Патриарха. 1 апреля 2005 года вице-мэр Михаил Мень направил ему ответное письмо (№ 4-19-3430/5), в котором сообщал: “Ваше обращение по вопросу воссоздания свв. мчч. Флора и Лавра у Мясницких ворот внимательно рассмотрено и поддержано Правительством Москвы… Приходу следует разработать и представить на рассмотрение научно-методического совета ГУОП (Главное управление охраны памятников, тогдашнее название Мосгорнаследия – Ред.) г. Москвы предпроектные предложения”.

И это, разумеется, было верующими сделано.

16 ноября 2005 года предложение о воссоздании храма Флора и Лавра одобрил Научно-методический совет Москомнаследия (протокол № 97). Эксперты рекомендовали разработать «архитектурное решение, максимально приближенное к исторической форме ранее существовавшего храма».

11 августа 2006 года Общественный совет при Мэре Москвы по проблемам градостроительства и архитектурно-художественного облика (протокол утвержден Ю. Лужковым 22 августа) рассмотрел «предпроектные предложения воссоздания церкви Флора и Лавра и регенерации храмового комплекса» и постановил «подтвердить решение Научно-методического совета Москомнаследия и Москомархитектуры о возможности воссоздания церкви Флора и Лавра на пересечении Мясницкой улицы и Боброва переулка, с размещением и архитектурным решением, максимально приближенным к исторической форме ранее существовавшего храма».

После этого православные СМИ поспешили выйти с оптимистическими заголовками: «В Москве будет воссоздана церковь святых Флора и Лавра».

Цитировали слова Юрия Лужкова: «Я думаю, что мы примем решение по воссозданию церкви, но вместе с тем нам не надо застраивать городскую площадь».

Цитировали главного архитектора Александра Кузьмина: «Церковь планируется воссоздать по архивным документам середины XVII века. Ее площадь составит 200 кв. метров, помещения православной гимназии - 2,5 тыс. кв. метров, церковного прихода - 1,7 тыс. кв. метров. Есть письмо Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II о том, что этот храм надо восстановить. Москомархитектуры считает, что это вполне возможно».

27 сентября 2006 года Архитектурный совет Москвы при рассмотрении проекта «второй очереди» театра (протокол № 11 утвержден главным архитектором города А. Кузьминым) рекомендовал проектировщикам учитывать будущее соседство воссоздаваемого храма и сделать архитектуру своего творения «визуально менее агрессивной».

4 июня 2007 года на совещании в мэрии «по вопросу взаимной увязки предложений по воссозданию храма Флора и Лавра по адресу: Бобров пер., вл. 7 с предпроектными предложениями на строительство 2-й очереди Московского театра «ET CETERA» под руководством Александра Калягина» (протокол № 25-13-68/7 утвержден первым вице-мэром В.И. Ресиным 8 июня) было заслушано сообщение руководителя ГУП МНИИП «Моспроект-4» Андрея Бокова о том, что предпроектные предложения по дальнейшему строительству театра «откорректированы с учетом планируемого воссоздания храма». Москомархитектуре было поручено рассмотреть их на Регламентном совещании и доложить о принятых решениях.

Москомархитектура выполнила это поручение уже 8 июня 2007 года (Протокол Регламентной комиссии № 18): «Одобрить размещение и объемное решение по 2-й очереди Московского театра «ET CETERA» под руководством А.А. Калягина по варианту № 2, предусматривающему воссоздание храма Флора и Лавра».


«Не задавайте ненужных вопросов, если мной принято решение»

Казалось бы, дело воссоздания мирно двигалось своим чередом.

Как вдруг 12 ноября 2007 года у Мэра Москвы Юрия Лужкова состоялось специальное совещание по строительству «второй очереди» театра «ET CETERA». Его протокол (№ 4-ТС-88/07) гласит: «в районе пересечения Боброва пер. с Мясницкой ул. возможна установка только часовни (без колоколов)… Выполнить архитектурные проработки развития площади со стороны Мясницкой ул. с учетом удобного подхода к театру и часовне, установленной на стилобатной части».

Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II 6 августа 2008 года обратился к Юрию Лужкову с недоуменным письмом, в котором напоминал о всех прежних московских решениях 2002-2007 гг. о воссоздании храма Флора и Лавра, в том числе и о подготовленном проекте соответствующего Постановления Правительства Москвы. «Хочется верить, - писал Патриарх, - что данная формулировка (протокола совещания у мэра от 12 ноября 2007 г. – Ред.) является всего лишь отражением попытки некоторых заинтересованных организаций ввести в заблуждение Вас лично и Ваших коллег относительно реальной архитектурно-градостроительной ситуации… Прошу Вас вернуться к вопросу воссоздания храма свв. мчч. Флора и Лавра в его исторических границах».

После такого письма Патриарха мэру столицы, верующие, вероятно, надеялись, что ситуация вернется к прежним договоренностям. Что вопрос, по крайней мере, будет обсуждаться вновь.

Зря надеялись, поскольку вряд ли знали, какую почту получает по данному вопросу Юрий Лужков. Далее – дословно, потому что здесь чуть ли не каждое слово изумительно до такой степени, что с трудом веришь глазам своим.

Да, и конечно – великолепное наглядное пособие на тему «как разговаривать с большим начальством».

«24.09.08.

Мэру г. Москвы Ю.М. Лужкову.

Многоуважаемый Юрий Михайлович!

Как всегда, когда возникают критические ситуации, я обращаюсь к Вам. Признаюсь, нахожусь в полном отчаянии: я получил письмо из Контрольного комитета города Москвы, в котором меня просят сообщить о своей позиции по вопросу восстановления Храма святых мучеников Флора и Лавра в его исторических границах.

Я полагал, что Вы нашли компромиссное и окончательное решение: построить вместо большой церкви Часовню (без колоколов), что было зафиксировано в Протоколе совещания № 4-ТС-88/07 от 12 ноября 2007 года.

Дорогой Юрий Михайлович! Я уже излагал свою точку зрения, и продолжаю настаивать на том, что идея воссоздания Храма святых мучеников Флора и Лавра в его исторических границах абсурдна.

Согласитесь, это же полнейшая нелепица, когда Театр, Торговый дом (в 2004 г. на Тургеневской площади был снесен старинный дом № 2-4; за его «новодельным» фасадом прячется ныне офисный центр с пристроенными к нему обширными торговыми помещениями - Ред.) и Церковь стоят на одном пятачке (общая площадь менее 1 Га), практически стенка к стенке. Это противоречит и законам градостроительства, это и странно с идеологической точки зрения: нельзя соединять вместе организации, которые имеют столь разное назначение.

Я думаю, в этом есть элемент богохульства: в Церкви отпевают покойника, а в это время совсем рядом в театре играют комедию. С другой стороны, звон колоколов церкви, находящейся в двух метрах от театра, непременно будет мешать зрителям.

Дорогой Юрий Михайлович, надо спасать ситуацию. Вы построили для москвичей потрясающий театр, который уже полюбили зрители. Он стал частью архитектурного комплекса, в который уже нельзя вписать Церковь: ни по законам архитектурной гармонии, и самое главное, ни по законам смысла.

Я уповаю на Вас, только Вы один можете принять правильное решение. Очень надеюсь на Ваше понимание и поддержку.

Искренне Ваш, с глубоким уважением и преданностью,

Александр Калягин».

1020.jpg

Тут, собственно, нечего и комментировать. Отметим только, что тон послания кажется весьма знакомым по полемике градозащитников с предводителями «Геликон-Оперы» о сносе в 2009-2011 гг. половины усадьбы Глебовых-Стрешневых-Шаховских на Большой Никитской ради строительства новой оперной сцены, затеянного в том же 2002 году при участии все того же «СТД Девелопментс» (к этой теме мы впоследствии вернемся на сайте). Любимый, потрясающий и уникальный театр, который «надо спасать» от «абсурдных» идей, нарушающих концепцию творческих замыслов и посягающих тем самым на «вторые очереди», «новые сцены» и прочее планов громадье…

Вот только настойчивое это подчеркивание – «без колоколов», «звон колоколов будет мешать» - режет слух.

А «Торговый центр» с заглавной буквы, наряду с «Театром» и «Церковью» - режет глаз.

И почему, интересно, строительством торгового центра по соседству с театром его руководитель не возмущался?

В письме и.о. Контрольного комитета города Москвы Андрею Куприянову, отправленном чуть ранее, 12 сентября 2008 года, Александр Калягин признавался, что вариант с часовней вместо храма - «это тоже компромисс, который я вынужден принять». Он приводил и иной аргумент: «Чтобы была Церковь, нужно и нормальное подворье. Чтобы был Театр, нужен нормальный подъезд к нему. Все это взаимоисключающие вещи. У меня есть масса аргументов и технического характера, которые я могу Вам изложить отдельно (парковка, въезд и т.д.). Вот такова моя позиция».

Юрий Лужков 26 сентября 2008 года начертал на письме Александра Калягина резолюцию, адресованную уже новому руководителю Контрольного комитета города Москвы:

«т. Рябинину А.В.

Не задавайте ненужных вопросов, если мной принято решение по данному вопросу, изложенному в протоколе от 12.11.07. Прекратите ставить под сомнение уже принятые решения».

1020 - копия.jpg


Эпилог

Елена Андреева в 2008 году объясняла эту неожиданную перемену очень просто:

“Строить её на историческом месте им неинтересно - площадь стилобата сокращается вдвое. Тогда они впали в эту горестность и попросили разрешения не воссоздавать церковь, а обойтись условной часовенкой. Как бы там ни было, предлагаемые варианты по прежнему вызывают у научно-методического совета дикое сопротивление. Необходимо делать общую концепцию развития площади, исходя из интересов города, а не так, как это хочется отдельно взятому театру”.

В подземной части «второй очереди» театрального комплекса планировалось устроить автомобильный паркинг и хранилище театрального реквизита. И архитекторы дружно и безропотно принялись проектировать часовню, которая бы их прекрасным образом осеняла.

18.jpg

Тем не менее, Москонтроль, вопреки воле Юрия Лужкова, продолжал ставить под сомнение принятые решения. (Почему он себя в 2009-2010 гг. так вел и почему ничего подобного не наблюдается в наши дни – тема отдельного разговора.)

15 апреля 2009 года, например, знакомый уже нам Андрей Куприянов, первый зампредседателя Контрольного комитета города Москвы, направил первому вице-мэру Владимиру Ресину пространное письмо (№ 01-01-12-58/9). В нем он рассказывал, почему Москонтроль не согласовывает проект нового распоряжения Правительства Москвы о завершении проектирования и строительства второй очереди театра «ET CETERA». В отличие от иных инстанций, Москонтроль вспомнил о режимах охранной зоны и регенерации:

«Земельный участок расположен в объединенной охранной зоне объектов культурного наследия… Никаких сооружений, подобных театру по своим функциональным и градостроительным параметрам, на данной территории не существовало, поэтому их строительство не может являться специальной мерой, направленной на воссоздание историко-градостроительной среды объектов культурного наследия.

Более того, осуществление строительства 1-й очереди театра является новым современным искажением историко-градостроительной среды…

Единственно законным способом градостроительного использования данной территории может являться воссоздание церкви Флора и Лавра у Мясницких ворот.

Контрольный комитет города Москвы не может согласиться с реализацией проекта, нарушающего законодательный запрет на размещение 2-й очереди театра на данном земельном участке».

Боже мой, даже и не верится, что весной 2009 года высокопоставленные московские чиновники сочиняли и подписывали вот такие письма.

Тогда проект, казалось, умер, хотя в 2012 году теоретическая возможность его реализации вновь обсуждалась при разработке единого градостроительного регламента центра Москвы в границах Бульварного кольца.

А теперь, спустя шесть лет, выясняется, что проект весьма себе жив, многокрасочен и по-прежнему претендует на бюджетные инвестиции.

И уже нового мэра мечтают убедить от него отказаться.

Et cetera, et cetera…

Если кто вдруг позабыл уроки латыни в советской средней школе – и так далее, и так далее…

P.S. И нельзя не заметить, что никакой даже часовни в проекте теперь не просматривается. «Спасти ситуацию» Александру Калягину удалось.

Примечание. Все процитированные и упоминаемые в материале документы имеются в распоряжении редакции.

old.jpg

Досье. Краткая история храма Флора и Лавра у Мясницких ворот.

У Мясницких ворот, на углу Мясницкой улицы и Боброва переулка, произошло обычное в советской Москве «античудо», описанное В.Катаевым в «Алмазном венце»: «Церковка эта вдруг как бы… исчезла, превратилась в дощатый барак бетонного завода Метростроя, вечно покрытый слоем зеленоватой цементной пыли».

Храм у Мясницких ворот крепости Белого города строился в 1651-1657 годах как церковь Мясницкой слободы, на средства прихожан. За городскими воротами располагался «пригонный скотинный двор», обеспечивавший работой обитателей слободы. Святые Флор и Лавр, братья-мученики II века, почитались как покровители домашнего скота, чем и объясняется посвящение храма. Каменная церковь сменила в слободе деревянную, документально известную с 1540-х годов. На Мясницкой вырос небольшой, по-московски уютный храмик.

Царским указом Мясницкие ворота были тогда переименованы во Флоровские (Фроловские), но новое название так и не прижилось. Художественный путеводитель издания Сабашниковых (1917) утверждает, что и старинное название Спасской башни Кремля – Фроловская – связано с храмом на Мясницкой, путь к нему в древней Москве начинался с Красной площади. Во всяком случае, Мясницкая улица некоторое время называлась Фроловскою.

Церковь Флора и Лавра, имевшая единственный небольшой придел Петра и Павла, была весьма любопытным архитектурным сооружением. Типичные приемы и формы XVII века (ширина четверика больше длины; на стенах и в основаниях барабанов пятиглавия – килевидные кокошники; мощный горизонтальный пояс-карниз) сочетались в нем с изящно-своеобразными отступлениями от канонов. Можно отметить в этой связи необычную, как бы переходную между шлемовидной и луковичной, форму глав, но особый интерес представлял здесь переход от основной массы церкви к ее легкому завершению. Известный дореволюционный историк архитектуры Ф. Горностаев так его описывает: «На первый и единственный ряд кокошников настлана четырехскатная «палатная» кровля, на которую и поставлены все пять глав. Этот прием совершенно изгоняет былую «закаморнорсть» кокошников и обрекает им роль орнамента поверх карниза». Храм Флора и Лавра, таким образом, был достаточно редким «застывшим мгновением» перехода от покрытия четверика пирамидой кокошников к обычным четырехскатным храмовым кровлям последней трети XVII века. Особой ценностью Флоро-Лаврского храма было то, что он почти не перестраивался и, вплоть до деталей, отлично сохранял облик середины XVII века. Интерьер церкви, как сообщает историк С.К. Романюк, славился резным золоченым иконостасом XVII века, с иконами, современными постройке церкви. На клиросах храма были изображены со свитками в руках древнегреческие философы Солон, Платон и Аристотель. В России подобные росписи в храмах – большая редкость; в Москве они встречаются только в кремлевском Благовещенском соборе и в соборе Новоспасского монастыря.

Ансамбль церкви дополняла шатровая колокольня с красивыми вытянутыми окошками-«слухами», стоявшая на линии Боброва переулка.

Каждый год 18 августа, в день святых Флора и Лавра – все, кто имел в Москве дело с лошадьми: извозчики, кучеры, конюхи – не затруднялись с ответом на вопрос: «какая дорога ведет к храму?» Конечно же, Мясницкая улица! В этот день пространство вокруг церкви заполнялось лошадьми всех мыслимых видов и мастей – празднично украшенными, с цветами в гривах. Мостовые были запружены телегами и экипажами, пахло сеном, конское ржание заглушало обычный уличный шум. У ограды храма толпились нарядно вырядившиеся возницы, приводившие к ней своих четвероногих кормильцев – освятить, окропить святою водой из церкви Флора и Лавра. (В России верили, что Флор и Лавр особенно покровительствуют лошадям; даже на иконах этих святых иногда изображали с конскими головами). После церемонии извозчики отмечали свой «профессиональный праздник» в окрестных трактирах.

В 1900-1901 годах церковь Флора и Лавра реставрировал архитектор К.М. Быковский.

Конечно, никто не мог предположить тогда, что через двадцать лет московские газеты и руководители станут с энтузиазмом обсуждать, какие церкви сносить в первую очередь, с какими можно повременить. В 1925 году в списки планируемых жертв попал и храм Флора и Лавра. Еще бы – он стоял на видном месте, был красив – шансов уцелеть почти не было: в важных градостроительных точках, на углах магистралей «красной Москвы» церкви были немыслимы. (На Мясницкой вообще ни одного храма не осталось; все – Гребневской Божьей Матери, Евпла Архидиакона, Златоустовский монастырь, Николы и Сошествия Святого Духа в Мясниках, Флора и Лавра – были снесены еще до войны). С.К. Романюк приводит показательный документ эпохи: в августе 1925 года о сносе церкви просит Московский совет народного хозяйства – с тем, чтобы на ее месте выстроить здание машиностроительного треста. Здание храма при этом величается ветхим и «малоценным». Уничтожению церкви Флора и Лавра воспротивились Центральные государственные реставрационные мастерские (ЦГРМ) и Главнаука Наркомпроса, но это лишь ненадолго продлило ей жизнь.

Строительство метро не только упразднило профессию московских извозчиков – оно и уничтожило их любимый храм. В мае 1932 года ЦГРМ снова вели переговоры о сносе церкви Флора и Лавра – ее отдали на слом для шахты Метростроя. Церковь пережила, однако, и 1932 год, с ней «лишь» случилось то, что вспоминал на склоне лет В. Катаев. Снесли храм Флора и Лавра в 1934 году.

Фото: archnadzor.ru, tovrest.ru

На главную