Визит комиссаров в Кемь ::: Евгения Твардовская | Хранители наследия

Визит комиссаров в Кемь

04.09.2016
Визит комиссаров в Кемь

Успенский собор разбирают, эксперты пишут в Минкультуры

Евгения Твардовская

Начавшиеся работы по реставрации памятника деревянного зодчества федерального значения - Успенского собора в Кеми (1714–1717 гг.) - стали поводом для визита на объект комиссии специалистов секции деревянной архитектуры и музеев деревянного зодчества Научно-методического совета по сохранению культурного наследия Минкультуры России (ФНМС). Эксперты ознакомились с ситуацией 23 августа. И договорились создать группу, которая будет контролировать все, что делается на памятнике, а также решили обратиться в Минкультуры и просить увеличения финансирования и сроков работ. То есть, по сути, сейчас могут быть изменены условия контракта, которые само же ООО «Готланд» предложило и благодаря которым выиграло тендер. 

Напомним, что результаты этой победы уже внушали экспертам серьезные опасения: ООО ранее не было замечено в успешной реставрации памятников деревянного зодчества, а предлагаемые сроки и сумма выглядели сильно приуменьшенными. Ряд статусных экспертов подписали обращение на имя В.Р. Мединского с просьбой пересмотреть результаты конкурса и не допустить его победителей, больших специалистов по реставрации антикварной мебели, к работам на уникальном храме. Конструктивной реакции по тендеру не последовало. А начавшаяся разборка храма – методы и высказывания реставраторов - увы, показали, что страхи не беспочвенны. И тогда Минкультуры отправило в Кемь комиссию.

IMG_0005.jpg

Вот как прокомментировал нам ситуацию реставратор памятников деревянного зодчества высшей категории, член ФНМС Александр Попов:                                                                                                                                            

«В Кемь приехала комиссия ФНМС Минкультуры, в работе которой я принял участие. Архитектор, который ведет работы на объекте - Татьяна Вахрамеева, рассказала, что, когда храм начали разбирать, открылось много интересного, и надо проводить дообследование. Соответственно, нужно увеличить финансирование и времени на работы понадобится больше. Из этого следует очень простой и неутешительный вывод. 

Во-первых, храм не был толком обследован до начала работ, то есть они брались, толком не зная, с чем им придется иметь дело. Это говорит о том, что нет никакого нормального проекта работ, максимум – есть некая концепция. И это уже свидетельствует об уровне компании, взявшейся за столь ответственный памятник. 

Во-вторых, оказалось, что дальнейшую сборку храма они доверят какой-то другой компании за минимальные деньги. Но ведь сборка – это самый сложный этап, это, по сути, и есть реставрация. 

В-третьих, они пошли на этот конкурс, заведомо занизив цены, заведомо понимая, что условия, которые предлагают – невыполнимы. То есть хотели - лишь бы выиграть конкурс, войти на объект, а уже потом – добиваться и увеличения госфинансирования, и пролонгации сроков. 

И самое плохое, что на такое комиссия согласилась. Решили создавать некую рабочую группу и писать в Минкультуры насчет сроков и денег. То есть фактически за государственный счет некомпетентная фирма сейчас начнет гробить памятник. 

Я же предлагал остановить работы, законсервировать все как есть, поставить временную кровлю и провести новый конкурс. Меня не поддержал никто из комиссии, мотивируя тем, что в случае остановки работ не будет никаких денег. То есть вместо того, чтобы в зародыше загасить эту ситуацию, комиссия решила ей еще и поспособствовать». 

85886174ebb9b73ec0752457dd39c23d[1].jpg

Успенский храм до начала работ

Все произошедшее стало основанием для повторного обращения ряда специалистов в Минкультуры (есть в распоряжении редакции «Хранителей Наследия»). Письмо подписали четыре члена ФНМС: Марина Капустина - председатель попечительского совета Фонда "Поддержка памятников деревянного зодчества", реставратор высшей категории; Лев Лифшиц - заслуженный деятель искусств, доктор искусствоведения; Михаил Мильчик - кандидат искусствоведения, заместитель председателя Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга; Александр Попов - реставратор памятников деревянного зодчества высшей категории.

В обращении говорится следующее: «В ходе осмотра памятника выяснилось, что работы осуществляются без полноценного проекта реставрации (грубейшее нарушение 73-ФЗ), о чем свидетельствует отсутствие обмерных чертежей, которые уже не сделать, т.к. собор полуразобран. Нереальность сроков и заниженность цены признают  теперь и сами производители работ. Ознакомившись с ситуацией на месте, члены комиссии признали, что выполнить работу по реставрации и сборке конструкций за предложенную сумму и в установленные сроки не возможно, в связи с чем, постановили обратиться в Минкультуры за увеличением финансирования и продлением сроков реставрации. Таким образом, де-факто признается, что тендер был проведен с откровенно грубыми нарушениями условий и требований, предъявляемых к научной реставрации. По сути дела, мы встречаемся здесь недействительной сделкой, совершенной с целью обмана, совершенного в пользу одной из сторон, в этой сделке участвующей, что в соответствии со ст. 179 Гражданского кодекса РФ подлежит судебному преследованию.  

Не пригодный для проведения полноценной научной реставрации подрядчик умышленно сбрасывает цену контракта, обирает субподрядчика, а затем просит Министерство культуры РФ о дополнительном финансировании». 

Эксперты предлагают срочно остановить разборку памятника, провести полный объем исследований и назначить новые торги - на условиях, позволяющих осуществить полноценную научную реставрацию собора. 

Дорог каждый день – ведь памятник исчезает на глазах и рискует повторить судьбу других: Сретенской церкви в Заостровье и Одигитриевской в Кимже (Архангельская обл.), Ильи Пророка в Белозерске (Вологодская обл.). Список напоминает уже конвейер. 

И остаются вопросы. Почему при очевидной невыполнимости даваемых обязательств ООО «Готланд» было допущено к участию и выиграло тендер? Почему работы на памятнике продолжаются и сейчас, когда невозможность научной реставрации на условиях контракта с подрядчиком признана экспертной комиссией Минкультуры?

Ведь даже если по форме все красиво и законно, то - что важнее – древний памятник – ресурс исчерпаемый, или интересы подрядчика? 

Пока конвейер функционирует явно в интересах ООО.

Фото: Александр Попов

На главную