Георгий Василевич: Смысл нашей работы – умножение красоты и гармонии | Хранители наследия

Георгий Василевич: Смысл нашей работы – умножение красоты и гармонии

23.06.2015
Георгий Василевич: Смысл нашей работы – умножение красоты и гармонии

- Георгий Николаевич, Вы по образованию экономист, закончили Белорусский государственный университет, одиннадцать лет преподавали политэкономию. Как Вы в 1994 году стали директором пушкинского Михайловского?

- Да, я по специальности политэконом. В этой связи с улыбкой напоминаю строки Пушкина: «… читал Адама Смита/ И был глубокий эконом…» В 1993 году по просьбе директора Пушкинского заповедника В.С. Бозырева я написал первую концепцию развития музея до 2024 года, которую музей отправил в Министерство культуры. Собственно, так, с предложения в марте 1994 года возглавить музей и осуществить написанное, и началась моя служба А.С. Пушкину. С Пушкинским заповедником я знаком давно, с 13 лет, часто там бывал, работал волонтером-доброхотом. Задолго до начала работы Пушкиногорье стало для меня родным.

В 1990-е все в стране быстро менялось. Стало ясно, что музей – это не только коллекция и хранительская работа, не только экскурсии и научная работа. Наличие уникального литературного ландшафта, трех музеев-усадеб, объединенных общей пушкинской судьбой, историко-археологической части и завершающееся строительство научно-культурного центра потребуют в преддверии 200-летия со дня рождения поэта разносторонней программы действий. Мои предшественники, Семен Степанович Гейченко и Владимир Семёнович Бозырев, работали в то время, когда само упоминание о русской дворянской усадьбе было нежелательно и почти невозможно.

С.С. Гейченко, музейный хранитель, писатель, художник - в течение 48 лет своей деятельности в должности директора строил и развивал музей по принципу режиссера, «ставил» музей как театральное действие, как создают художественный фильм. Сделанное С.С. Гейченко невозможно переоценить: музей для него всегда был историческим и художественным пространством, в котором звучала поэзия Пушкина и ощущалось живое присутствие его личности и «пушкинского века».

Наступивший новый XXI век, рациональный, умозрительный и сухой, потребовал новых подходов. Как бы не хотелось все оставить по-старому, это было уже невозможно. И тем не менее, в основу юбилейной пушкинской программы в Михайловском были положены идеи и незавершенные труды Гейченко. Полувековая жизнь в музее Семена Степановича, его знания и интуиция, фантазия и любовь к хранимому месту оставили музейщикам много трудной и интересной работы.

Прежде всего нужно было уберечь от разорения прекрасные исторические парки и дивной красоты ландшафты, без которых нет и не может быть Пушкинского уголка Псковской земли. Понадобились новые исследования и новые специалисты, которые дополнили коллектив музея в девяностые годы и продолжают пополнять до сих пор. Вот так оказалось, что и архитектор, и парковый специалист, и экономист пригодились. За первые десять лет работы в музей пришло более трехсот новых сотрудников различных специальностей. Без этих людей представить себе современный музей-заповедник уже невозможно.

Push4.jpg

- Ваша концепция доказала свою жизнеспособность. В чем была ее суть?

- Концепция – сорок страниц убористого текста. В целом она следовала логике музея, начавшего свою жизнь в год 100-летия со дня рождения Поэта: личность Пушкина и исследования его жизни в Михайловском, пополнение музейных фондов и развитие экспозиций, дальнейшее воссоздание архитектурного ансамбля пушкинских усадеб, реставрация исторических парков, создание музейного хозяйства для ухода за территорией и постройками музея, реки и гидрология, археология… На самом деле, за любую ниточку потяни - и выйдешь на Пушкина и его строки, будь это гармония архитектуры и природных пространств, предметы музейной коллекции, да что угодно.

Конечно, концепция с годами претерпела изменения, но не в главном. Главной была и остается личность Пушкина. Вершина айсберга – это экспозиции домов-музеев, экскурсии, познавательный туризм, пушкинские исследования. Но столь же важны работы по изучению и сохранению ландшафта, привлечение и воспитание новых музейщиков, превращение в союзников и помощников музея каждого, кто приезжает, живет и поселяется на пушкинской земле. Одна из самых ужасных, разрушающих человеческое достоинство и историческую правду русской жизни картина – это зарастающие поля, умирающие леса и парки, брошенные и разваливающиеся дома деревень и поселков. Все это было. И еще не преодолено в полной мере. В одном из ранних стихотворений, написанных А.С. Пушкиным в пору жизни в Михайловском, в стихотворении «Деревня» есть описание состояния русской деревни начала девятнадцатого века: «везде следы довольства и труда…» Вот это и стало и остается девизом работы, которую ведет музей. Умножение красоты и гармонии.

Push2.jpg

В обиход русской сельской жизни постепенно возвращаются понятия усадебного хозяйства, разнообразия жизни, связанной с землей, с жизнью на лоне живой и вечно меняющейся природы. В городе, когда человек живет в налаженной урбанистической среде, его зона ответственности – это квадратные метры его квартиры, специфика его рабочего места, остальное на себя берут городские службы, сообщества, коллективы – это организация труда и досуга, все виды ремонтов, содержание окружающей среды, вывоз мусора, дороги, освещение и проч.

В деревне конца двадцатого, начала двадцать первого века, во всяком случае, в псковской деревне, такого налаженного порядка жизни нет. И чем дальше, тем сложнее. Деревня теряет людей, теряет специалистов. И если музей не способен подготовить кадры, а при этом занимается не только экспозицией, но и ландшафтами, и всем комплексом забот музея-заповедника (современного музейного усадебного хозяйства), то возникают провалы, которые порой нечем и некем заполнить.

Чтобы использовать в музейной деятельности сотню километров дорожек и дорог Пушкинского заповедника, например, необходима служба, которая бы не только вела грамотный уход за ними, - своевременно чистила снег и ремонтировала покрытие, убирала мусор и окашивала обочины. Важно при этом, что музейная служба действует так, чтобы никто из посетителей не замечал, как эта работа ведется. Ведь технические и парковые специалисты – это «не главные» специалисты. Их труд оценивается чаще всего коротким восклицанием: «Ой, как же у вас хорошо!»

Ну а раз нужны такие службы, то должны быть и люди, и места их отдыха, и места хранения современной техники и инвентаря, и проч., то есть возникает целая инфраструктура. И вдруг выясняется, что все, что было когда-то в девятнадцатом веке приспособлено и построено под распашку земли, под псовую охоту, под хранение зерна - все это нужно и сегодня, все это и сегодня помогает соответствовать современным требованиям. Так возникает необходимость воссоздания утраченного в революциях и войнах комплекса служебных построек.

Для того, чтобы музей-заповедник успешно работал и мог принимать посетителей необходимы: фондохранилище, лекционные, театральные, кинозалы, кафе и гостиницы, туалеты, магазины сувениров, реставрационные, сувенирно-ремесленные мастерские. А еще хозяйственный двор из нескольких десятков построек, обслуживающий теперь уже музейное хозяйство, обеспечивающее комфортное и разностороннее присутствие посетителей в музее. А значит, необходимо приспосабливать и воссоздавать исторические постройки. И в некоторых случаях строить новые, размещая их там, где это уместно. В ходе подготовки к 200-летию А.С. Пушкина наш музей одним из первых музеев-заповедников взялся за эту созидательную работу. Но до ее завершения еще очень далеко.

Мы вернулись к тому, от чего уходили. Музей-усадьба, музей-заповедник – это пространство, в котором ведется деятельность по сохранению, воссозданию и развитию среды, необходимой для разностороннего и многообразного осуществления задач, связанных с представлением и передачей историко-культурного наследия. Две важнейшие части музейной коллекции, которыми располагает музей-заповедник – это ландшафт и музейные предметы, объединенные в систематизированные собрания вещей, на которые опираются музейщики в своей деятельности. Музей хранит, изучает и передает овеществленный и невещественный опыт жизни поколений и личностей, творцов. Хранит прошлое ради настоящего и будущего.

Важно и вот еще что. Сегодня, когда все тяготеет к более упорядоченной городской жизни, мы начинаем забывать, что в силу нашего характера, в силу просто нашей душевной организации, сохраняется потребность в спокойной сельской жизни, в перемене интенсивности жизни. Все самые смелые и передовые идеи вот уже несколько веков возникают в городской среде. Но для усвоения и обдумывания этих идей, для «укоренения» их, необходимы пространства сельской жизни, необходимы неспешность и среда, далекие от суеты. Так было в пушкинское время, так, уверен, должно быть и в наше время.

Push7.jpg

- Задача высокая, конечно. Понимают ли ее те, кто сейчас селится вокруг музея-заповедника?

- Многие музеи-заповедники находятся в окружении бурно меняющихся или умирающих деревень. Сегодня псковские деревни все больше становятся дачными поселениями. Дачник же – существо кочующее. Для многих «сельских собственников» владение землёй – обременительное состояние. Очень часто земли сельскохозяйственного назначения, полученные или приобретенные за бесценок, стремятся продать под дачи, под строительство коттеджей. Ведение хозяйства на земле требует тяжелого труда, знаний и умений, которыми большинство собственников земли не владеет. Да и государство, следует это с сожалением признать, лишь недавно вновь осознало высокую ценность земельных и лесных угодий. И все же, надо отметить, что постепенно, пусть и медленно, появляются хозяева земли, возвращающие ей свойство плодоношения. Вот они –то и есть первейшие помощники музеев-заповедников в деле сохранения смысла, красоты и гармонии историко-культурных ландшафтов.

Земля, знания и профессиональный труд, соединяясь, способны создавать уникальные продукты, имеющие особую ценность. Чаще всего приводят в пример неповторимость сельской Англии или знаменитые виноградники Франции. Эти хозяйства приносят доход в силу того, что неповторимы плоды, которые рождает веками пестуемая земля. С полным правом можно говорить о том, что в руках умного и рачительного хозяина земля создает неповторимый вкус и аромат продукта. И ради этого сегодня многие готовы совершать путешествия, тратить деньги. Вкус, аромат, гармония, экологическая чистота, способность подарить человеку радость, хорошее настроение, здоровье – все это производные правильного отношения хозяев к земле.

В музее мы стараемся это использовать. Скажем, зерно, которое мелют жернова водяной музейной мельницы в деревне Бугрово, Пушкинский заповедник получает от друзей из музея-заповедника «Куликово Поле». Надо ли говорить, что мука из этого зерна пользуется особым спросом у наших посетителей. И происхождение зерна и качество помола рождают небезосновательную уверенность, что у блинов и хлеба, испеченных из такой муки, совершенно особенный вкус.

Мир неповторим. Столь же неповторим, как человек. Музеи утверждают и подтверждают эту аксиому всей своей деятельностью. Красота и гармоничность Пушкинского заповедника, тургеневской усадьбы Спасское-Лутовиново, лермонтовских Тархан, толстовской Ясной Поляны, шолоховской Вешенской, других сохраненных музеев-усадеб и музеев- заповедников таковы, что, посетив одно из этих мест, вы непременно захотите открыть для себя иные. И чем больше опыт встреч с такими уникальными местами России, тем лучше и полнее образ Родины. Тем дороже, ближе и желаннее ее красота вашему сердцу.

Литературные и художественные музеи-заповедники обладают удивительным свойством возвращать нам тексты и образы, некогда найденные нашими великими творцами. Если однажды вы увидите большое весеннее половодье реки Сороть в Михайловском, вам не надо будет объяснять, откуда взялось пушкинское Лукоморье. Река, широко разливаясь, образует огромное водное пространство. Сильный ветер гонит волны так, что слышен шум настоящего моря. Никогда не забуду и подслушанный невольно разговор литературоведов. В январе выходят они в Михайловском на усадьбу после конференции, и один другому говорит: «Как Пушкин точно написал: «Мороз и солнце, день чудесный!» «Я это и сам вижу…­­» - отвечает другой.

Push6.jpg

У Михайловского 10 тысяч гектаров особо охраняемой территории. Именно она и составляет единственный и неповторимый пушкинский литературный ландшафт. Это величайшее богатство. Без преувеличения – богатство мирового уровня. Четвертую часть занимают музейные земли. Три четверти – земли, находящиеся в частной собственности. В свое время, в 1995 году, музей сознательно не стал изымать эти земли у тогдашних владельцев. И как бы ни было трудно порой, продолжаем настаивать и надеяться на то, что частные владельцы земли рано или поздно станут со-работниками, партнерами заповедника в общей работе хранения памяти о Пушкине и уникальной красоты пушкинской земли.

Сегодня музей-заповедник и владельцы земли, опираясь на утвержденные государством документы, регулирующие земельные отношения, совместно учатся, дополняя друг друга, вести хозяйство на пушкинской земле, умножая красоту, приумножая пользу, сохраняя особые свойства и пропорции мемориальной территории. Уникальность ситуации, в которой люди занимаются своими землей и хозяйством, делает землю дороже, их делает богаче. Они умножают свой капитал. С другой стороны, и музей, не имея возможности в одиночку обрабатывать землю и вести хозяйство, опирается на помощь частных хозяев. На труд тех, кто содействует сохранению и приумножению наследия. Пожалуй, это дает право утверждать, что в Пушкинский заповедник в этом видит одну из форм частно-государственного партнерства в музейном деле.

Прежде, в советское время, колхозы и совхозы распахивали земли, сеяли рожь, лен, пшеницу. Сегодня это начинают делать небольшие частные хозяйства. И это их вклад в пушкинское наследие, так как стихи звучат только на фоне культурного сельского ландшафта, создаваемого трудом человека, живущего на земле плодами своих трудов. Труды эти в полном смысле слова сродни художественным. Образы Михайловского узнаваемы далеко за пределами музея: живой вечно меняющийся и в тоже время неизменный в своей гармонии мир, мир поэзии. И это высшая философия красоты.

Push8.jpg

- Как складываются у вас отношения с органами госохраны наследия? И как Вы относитесь к предложениям передать их функции на уровень музеев-заповедников? 

- Конечно, в идеале нам было бы проще взять на себя функции органа охраны наследия, но мне все-таки кажется, что в моменты обострений лучше иметь грамотного третейского арбитра, третью сторону, чтобы избежать обвинений в монополизации и коррумпированности.

Мы – федеральный музей, но сейчас многие функции делегированы на уровень Псковской области, что вполне разумно. У нас есть тщательно проработанный документ - «Зоны охраны Пушкинского заповедника», утвержденный в соответствии с действующим законодательством. На его создание потрачено без малого два десятилетия. Довести эту работу до конца мы смогли только в прошлом году, так как, к сожалению, неоднократно менялись условия, которые были основанием для работы над системой охранных документов. Это сильно осложняло работу. До утверждения этого документа, позволяющего грамотно регламентировать работу с историко-культурным достопримечательным местом, главными «охранными грамотами» пушкинской мемориальной земли были «Генеральный план развития территории Пушкинского заповедника» выполненный институтом «Ленгипрогор» и утвержденный в 1980 году и специальный регламент «Временных границ и режимов зон охраны Пушкинского заповедника», изданный администрацией Псковской области в 2010 году.

Несмотря на эти документы и статус федерального особо ценного объекта культуры народов России, музею приходилось отбивать «атаки» недобросовестных застройщиков, отстаивать целостность историко-культурного ландшафта в судах. К сожалению, такова ситуация, характерная для многих заповедных мест. Тем не менее, важно отметить, что есть понимание и поддержка в деле сохранения историко-культурных ландшафтов достопримечательных мест со стороны руководства страны, Министерства культуры. В последние годы работа, направленная на законодательное и документальное оформление охранных обязательств территорий музеев-заповедников, идет систематически и гораздо быстрее, чем прежде.

Push1.jpg

- А как конкретно вы налаживаете сейчас экономику и творчество?

- Мы были первыми, например, кто построил малые музейные гостиницы. Нас за это ругали, но запретить строительство не удалось, поскольку гостиницы были частью государственного плана подготовки к 200-летию со дня рождения А.С. Пушкина. Надо отметить, что сегодня, к счастью, ни у кого уже не возникает сомнение в том, что гостиницы при музеях необходимы. Благодаря появлению гостевых домов Пушкинский заповедник смог наладить регулярную научную работу, проведение конференций, сотрудничество с приглашенными специалистами и волонтерами, которые оказывают значимую помощь музею. Чем больше у музея-заповедника партнеров и помощников-профессионалов, тем больше сил и внимания он может уделять собственно музейным вопросам. Тем выше качество музейной работы.

Пушкинский заповедник, и в этом его особенность, - градообразующее предприятие в небольшом районе со специализацией, ориентированной на туризм. Примерно шестая часть трудоспособного населения Пушкиногорского района – служащие музея-заповедника. От успешной работы музея зависит экономика района и благополучие его жителей. В значительной мере музей отвечает за подготовку и обучение специалистов в районе. Очень многие проекты, осуществляемые музеем, предполагают непосредственное участие в совместной работе местных жителей всех возрастов. Примером могут служить выставки краеведческого характера, фестиваль народных театров, праздники пушкинского календаря.

Надо отметить и то, что в значительной мере музей является гарантом социального благополучия и стабильности в районе. Это и наиболее высокий и устойчивый уровень заработной платы, и высокая квалификация специалистов, работающих в музее, и участие музейных работников в поддержании высокого уровня безопасности в районе,- что необходимо для качественного обеспечения музейной и экскурсионно-туристской деятельности. От того, что выстроена эффективная система деятельности музея-заповедника, особенно острыми и болезненными являются вопросы «оптимизации» структуры музея и все виды реформ, связанных с предполагаемой передачей функций обеспечения безопасности федерального музея частным охранным предприятиям. И то, и другое не только нежелательно, но способно нанести непоправимый ущерб государственным интересам в деле сохранения уникального историко-культурного наследия.

Сегодня в Пушкинском заповеднике четыреста специалистов. Между тем для крупного музейного комплекса, расположенного на ландшафтной территории в 10 000 га, с пятью усадебными музейными комплексами, с коллекцией в 50 000 экспонатов, с ежегодным потоком посетителей в 350 000 человек, с протяженностью одних лишь экскурсионных маршрутов, превышающей 60 километров, с более чем 120 гектарами парковых и лесных угодий - такой штат специалистов мал. Ведь музей вынужден ежедневно решать не только творческие музейные вопросы, связанные с хранением, изучением и показом пушкинского наследия. Музейными являются и комплекс работ по инженерно-техническому обслуживанию сетей и коммуникаций, по содержанию территории, по реставрации и ремонту построек и парков, по уходу за лугами и полями, составляющими одну из основных частей пушкинского ландшафта. И это далеко не все.

Push3.jpg

Существуют серьезные проблемы и в области подготовки музейных специалистов. Наследие, доставшееся нам от восемнадцатого века, века энциклопедистов, далеко не всегда возможно хранить, опираясь на узкую специализацию, на которую нацелены сегодня вузы. Существующие учебные методики, нацеленные на рациональный «эффективный менеджмент», плохо работают вне современной городской среды, на удалении от столиц и крупных городов. Пушкинский заповедник сотрудничает с различными университетами в подготовке специалистов. Но вслед за получением диплома в музее происходит практическое формирование специалиста, способного трудиться в соответствии с задачами и потребностями Пушкинского заповедника. В работе с персоналом, в подготовке музейных специалистов, хотелось бы опираться на большее доверие со стороны наших учредителей.

Пушкинский заповедник существует без малого сто лет. За это время были и достижения, и утраты. И, все же, главным обретением, главной движущей силой развития всегда был творческий человек, специалист-музейщик. Именно он остается сегодня предметом внимания и основой «экономики» Пушкинского Заповедника. Талант человека, ограненный трудом, опытом и образованием, - главный ресурс развития нашего музея. В этом сотрудники музея-заповедника похожи на нашего главного героя, на А.С. Пушкина.

Push5.jpg

Беседовала Евгения Твардовская

Фото: Пушкинский заповедник.

Возврат к списку