Осада Николы Мокрого | Хранители наследия

Осада Николы Мокрого

11.04.2015
Осада Николы Мокрого

Евгения Твардовская

Ярославские градозащитники опасаются, что один из старейших и красивейших архитектурных ансамблей города – храмовый комплекс Николы Мокрого (XVII век) может оказаться в полукольце современной застройки. В нескольких десятках метров от памятника архитектуры федерального значения запроектирован жилой дом в 4-8 этажей, а буквально в 27 метрах будет въезд в подземный паркинг - более чем на двести машин - другого элитного комплекса, уже в 6-10 этажей. И все это - в буферной зоне исторического центра Ярославля, который с 2005 года включен в Список Всемирного наследия. Исчерпав локальные возможности повлиять на ситуацию, градозащитники и прихожане храма обратились в ЮНЕСКО.

NikolaMokr.jpg

Строительный прорыв

Застройщиков двое. Местный бизнесмен Евгений Мухин, который будет строить дом в 4-8 этажей, а также Александр Ерин и ЗАО "Блок-2". ЗАО является инвестором строительства десятиэтажного комплекса со спортивно-оздоровительным центром, который разместится в здании бывшего исторического Манежа, также рядом с храмом. C середины 2000-х предполагается, что Манеж будет отреставрирован.  Однако уже сейчас от федерального памятника остались только две торцевых стены, и те недавно были сдвинуты с исторического места в интересах строительства. Градозащитники сомневаются, что подлинные фрагменты в принципе уцелеют. Не исключено, что на их месте сделают просто современную копию, да еще и увеличенную.

manezh.jpg

«Департамент архитектуры выдал разрешение на строительство комплекса Ерина в прошлом году, - пояснил «Хранителям Наследия» Павел Пащенко, директор ярославского Департамента архитектуры и развития территорий города. - Высота – 18 м и 30 м, так как объект находится в двух зонах: буферной зоне ЮНЕСКО и регулирования застройки. Застройщик может начинать строительство. Что же касается комплекса Мухина, то пока мы никаких документов не получали».

По просьбе «Хранителей Наследия» Департамент архитектуры Ярославля передал нам некоторые материалы проекта «Блока-2». Мы попытались сделать приблизительную врисовку будущих строек: «дома Мухина» – по приблизительным данным, озвученным в ходе публичных слушаний, «дома Ерина» – по документам. Вот что получилось.

 Vrisovka.jpg

Не надо быть специалистом с высшим техническим образованием, чтобы даже по приблизительной картинке оценить размах строительной мысли. Он огромен - искажает исторические панорамы, ухудшает обзор ансамбля Николы Мокрого со всех видовых точек: со стороны Которосльной набережной (с юга), с Большой Октябрьской улицы (с севера), с улицы Чайковского (с востока), от Николо-Мокринских казарм (с запада). Но главное, что такое строительство искажает историческую ткань этого камерного места. Высота проектируемых построек значительно превышает высоту близлежащих федеральных памятников. Причем не только визуальное восприятие, но и физическая сохранность ансамбля церкви Николы Мокрого и церкви Тихвинской Божьей Матери тоже может оказаться под угрозой.

razvert1.jpg

vid.jpg

После нас - хоть потоп?

Это не фигура речи, поскольку перспектива потопа вполне реальна в свете нового строительства. Согласно историческим документам, Никола Мокрый стоит меж двух ручьев: Ершова и Паутова. Их в свое время засыпали, сток грунтовых вод в Которосль замедлился, начались подтопления зимой и летом. У грунта слабая несущая способность, он становится все менее плотным. Кстати, это и называют главной причиной деформации несущих конструкций церквей Тихвинской иконы Богоматери и Николы Мокрого (его колокольня уже наклонена).

Вот как в местных СМИ прокомментировал эту проблему заслуженный работник культуры РФ, инженер и архитектор-реставратор Александр Рыбников: «Новое строительство зданий вызовет изменение гидрологических условий, так как фундаменты станут преградой для грунтовых вод, дренирующей в сторону реки Которосль. Еще хуже, если это будут фундаменты глубокого заложения при устройстве подвальных помещений в строящихся зданиях. В новой ситуации произойдет подъем грунтовых вод, что может вызвать подтопление окружающей территории. Грунты под фундаментами церквей, являясь слабыми, неустойчивыми и водонасыщенными, могут довольно легко изменить свое состояние в еще более худшую сторону».

Скрытые ценности

Археология комплекса Николы Мокрого никогда всерьез не исследовалась. И есть опасения, что возможные находки так и могут погибнуть под ковшом экскаватора. Ведь цель инвесторов - не археологические изыскания, а продажа квадратных метров. Между тем у специалистов есть веские аргументы, чтобы утверждать, что культурный слой вокруг храма Николы Мокрого содержит уникальную информацию о жизни Ярославля в XVI-XVII веках.

Вот что нам рассказала Ася Энговатова, заместитель директора Института археологии РАН: «О богатом археологическом потенциале этого места говорит само название храма. Мокрый – это влажный культурный слой, самый ценный и результативный с точки зрения археологических находок. В нем сохраняются предметы из органики, которые погибают в сухом грунте – кожа, ткани, дерево, кость, береста. Вся бытовая жизнь древних ярославцев во всем ее многообразии сохраняется именно в местах с таким культурным слоем. Здесь могут быть обнаружены, помимо сотен артефактов, также   многочисленные деревянные постройки, и возможно, средневековые кладбища. В ходе нового строительства могут быть уничтожены не только панорамные виды, но и уникальный археологический слой. Орган охраны наследия должен предпринять все меры по защите и спасению культурного слоя храмового комплекса Николы Мокрого».

Тернистый путь строителей

То, что стройки назревают, было понятно по косвенным признакам. В 2011 году постановлением городских властей были приняты корректировки основного регламентирующего документа для центра города - «Проекта зон охраны объектов культурного наследия Ярославля», которые фактически узаконили многие нарушения, сделанные в ходе масштабных строек к 1000-летию города (мост через реку Которосль и памятник 1000-летию с семиэтажный дом – все это в буферной зоне ЮНЕСКО, гостиничный и развлекательный комплекс у Спасского монастыря и проч.). Разрешенная высотность в районе храма Николы Мокрого была увеличена на 3 метра. Было ясно, что там что-то затевается.

А вскоре стало известно о проекте Александра Ерина, потом – о проекте Евгения Мухина (отметим, что этот предприниматель был среди заказчиков проекта корректировок). Главное препятствие для его строительства – это разрешенный вид использования земли. Изменить его с общественно-деловой зоны на жилую получилось не сразу. Серьезно осложняло дело вмешательство градозащитников и активных прихожан храма Николы Мокрого, которых поддерживали некоторые местные депутаты и депутаты Государственной думы.

А дальше начались новогодние чудеса. 30 декабря 2013 года комиссия по подготовке проекта Правил землепользования и застройки города Ярославля отклонила просьбу Мухина об изменении вида разрешенного землепользования. 

Protokol1.jpg

Однако уже в марте 2014 года, даже без официального повторного обращения застройщика, наоборот, согласилась (Решение Комиссии от 14 марта 2014 года), и в мэрии начали готовить соответствующее постановление. 

Protokol2.jpg

На такое несоответствие обратила внимание Прокуратура Ярославской области. И.о. мэра А.В.Нечаеву было объявлено предостережение о недопустимости нарушения закона и внесено представление

Тогда, выдержав почти полугодовую театральную паузу, 26 августа 2014 года тот же Нечаев подписывает постановление «О предоставлении разрешения на условно разрешенный вид использования земельного участка по улице Большой Октябрьской, дом 65 в Кировском районе «строительство многоквартирного жилого дома (4–8 надземных этажей)». Фактически мэрия дала добро на строительство у храма Николы Мокрого. 

«Что произошло, что изменилось, если в апреле прокуратура говорила, что нельзя подписывать постановление, а Нечаев в августе его подписывает? Причем не проводилось ни новых публичных слушаний, ни нового заседания комиссии по подготовке проекта Правил землепользования и застройки. Это беспредел или сговор? Или есть какие-то обстоятельства, о которых мы не знаем, например, решение суда?» – публично вопрошал депутат муниципалитета Ярославля Антон Голицын.

Пока никакой оценки ситуации со стороны правоохранительных органов не последовало.

Помощь извне

Тогда 320 градозащитников, прихожан храма, неравнодушных ярославцев 28 октября 2014 г. обратились в ЮНЕСКО и ICOMOS (Международный совет по сохранению памятников и достопримечательных мест) с просьбой вмешаться в ситуацию и не допустить строительства. 12 января 2015 года был получен ответ от заместителя гендиректора Юнеско Альфредо Переса Арминьяна. Организация направила соответствующее заявление в российские компетентные органы и в свое представительство в Москве с просьбой контролировать ситуацию.

В Департаменте архитектуры Ярославля нам сообщили, что затребовали от обоих инвесторов "Оценку потенциального воздействия нового строительства на объект ЮНЕСКО". Пока эти документы в ведомство не представлены. Получается, что стройка (речь о проекте ЗАО «Блок-2») может начаться раньше, чем будет оценен возможный ущерб.

«Подобная ситуация является прямым нарушением параграфа 172 оперативного руководства Комитета Всемирного наследия (КВН) Юнеско, а также решений всех последних сессий Комитета Всемирного наследия Юнеско по Ярославлю: все проекты развития, которые могут оказать воздействие на сохранность объекта Всемирного наследия, должны представляться в центр Всемирного наследия до принятия решений о строительстве, - считает градозащитница, член правления Ярославской региональной организации Союза архитекторов России Ольга Мазанова. – К сожалению, в российском законодательстве эта норма не прописана четко, что ситуацию только запутывает. Поэтому мы рассчитываем, что в Ярославль будет направлена экспертная миссия Комитета Всемирного наследия, которая на месте ознакомится с ситуацией по храму Николы Мокрого и даст свои рекомендации. Но самое плохое, что рядом с таким потрясающим памятником идет откровенно точечное строительство, ни о каком комплексном подходе к проектированию квартала и речи нет. Проекты не выносились на суд Градостроительного совета. Ни общественность, ни профессиональное сообщество не в курсе того, что в конечном итоге возникнет рядом с храмом».

Позицию городских властей относительно ЮНЕСКО и строительства в историческом центре Ярославля, в общем-то, уже обозначил заместитель мэра по вопросам строительства Леонид Комаров на заседании муниципалитета в начале марта 2015 года.  Он согласился с тем, что, видимо, в мэрии должна быть создана структура по взаимодействию с ЮНЕСКО и проч., но подчеркнул: «Не надо из центра города делать музей. Город должен развиваться. Я считаю, что за последние три года центр города ничем не испортили. А все, что можно было испортить, испортили еще до 2006 года. Да, проблемы есть, но на сегодняшний день «правила игры» по центру города стали достаточно понятны и прозрачны».

По естественным причинам

Между тем, становятся известны потенциальные угрозы новой точечной застройки к юго-западу от храма Николы Мокрого. Есть информация, что мэрия Ярославле решила распродать часть памятников, в том числе и Конно-каретный двор (ансамбль бывшей Малой Ярославской мануфактуры) рядом с храмом Николы Мокрого. Вместе с существующими зданиями будут распроданы примыкающие к памятникам живописные свободные от застройки участки ближе к Которосли. Эта территория относится к общественно-деловой зоне, так что в скором времени тут может появиться застройка, которая уже не просто исказит, а уничтожит живописные исторические панорамы.

Пока не очень понятно, как нынешняя ситуация в Ярославле соотносится с недавно озвученными инициативами Минкультуры по сохранению исторических городов и по «консервации» ценной застройки их центров . В почетный федеральный список из 41 города входит и Ярославль.

Директор Департамента государственной охраны культурного наследия Минкультуры РФ Владимир Цветнов говорит буквально следующее: «В случае, если в центре исторического города уже построены диссонансные объекты, их никто не будет трогать: строения попросту не будут включены в историко-культурный план. Так как со временем у нас все приходит в негодность, эти здания, монументы или строения, портящие исторический облик, исчезнут по естественным причинам».

А как же быть с не реализованными проектами, такими, как в Ярославле? Не станут ли их заказчики спешить с выполнением задуманного? Напрашивается вывод, что они должны быть свернуты – и прежде всего, по логическим причинам: чтобы не увеличивать и без того немалое число «диссонансных объектов» в наших старинных городах.

В качестве послесловия

В 1903 году молодой Николай Рерих написал картину «Вход в церковь Николы Мокрого». А через несколько лет в статье «Тихие погромы» написал: «Печально, когда умирает старина. Но еще страшнее, когда старина остается обезображенной. Погром страшен не только в шуме резни и пожаров – еще хуже погром тихий, незаметный, уносящий за собою все то, чем люди жили. И вводится в заблуждение народ, и не может отличить он, где источники живые и где мертвящие».

Сто лет спустя слова художника, похоже, начинают сбываться.


Заглавная иллюстрация: Николай Рерих. Вход в церковь Николы Мокрого. 1903.

На главную