Президент подписал закон о волонтерах наследия

19.12.2018
Президент подписал закон о волонтерах наследия

Вскоре их деятельность будет частично легализована, частично – объявлена вне закона

«Хранители Наследия»

Президент России Владимир Путин подписал 18 декабря 2018 года федеральный закон о внесении изменений в ФЗ-73 «Об объектах культурного наследия…» и ФЗ-135 «О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)». Закон принят Госдумой 6 декабря, одобрен Советом Федерации 11 декабря 2018 года.

Суть перемен в законодательстве, венчающих Год добровольца (волонтера) в России – официальный допуск волонтеров к работам по сохранению объектов культурного наследия – как включенных в госреестр, так и выявленных.

Федеральный законодатель не конкретизировал, к каким именно работам на памятниках могут допускаться волонтеры, и предоставил эту почетную обязанность Правительству РФ. 

Дело, стало быть, за подзаконным актом.

Министерство культуры России, очевидно, было готово к такому повороту событий. Еще до поступления «закона о волонтерах наследия» в верхнюю палату парламента оно опубликовало на Федеральном портале нормативных правовых актов проект «Положения об особенностях участия добровольцев (волонтеров) в работах по сохранению объектов культурного наследия, включенных в реестр, или выявленных объектов культурного наследия, а также видах работ по сохранению объектов культурного наследия, в которых указанные лица могут участвовать».

Общественное обсуждение этого проекта заканчивается 24 декабря 2018 года.

Суть «Положения» обрисована публикатором в преамбуле:

«Особенности деятельности по сохранению объектов культурного наследия заключаются в необходимости и обязательности привлечения к работам по реставрации и консервации ОКН аттестованных специалистов-реставраторов, т.е. физических лиц, чья квалификация, навыки и умения проверены и подтверждены в установленном порядке. К работам же по текущему ремонту могут привлекаться любые лица, безотносительно их профессиональной квалификации. Аналогичным образом осуществляются подсобные работы и работы по обслуживанию территории и техники во время проведения ремонтно-реставрационных работ. Необходимо разграничить все указанные работы в целях снижения до минимума риска причинения вреда объектам культурного наследия при проведении работ, в том числе волонтерскими организациями».

Эта формула вполне соответствует позиции представителей Минкультуры на дискуссиях с представителями общественных и волонтерских организаций в течение всего 2018 года. Иными словами, волонтерам можно доверять текущий ремонт и подсобные работы, уборку территории и обслуживание техники.

Собственно работы по сохранению памятников, в том числе противоаварийные, чем волонтерские бригады занимаются весьма активно, остаются за рамками «дозволенного».

Комментарий «Хранителей Наследия»:

Понятно, что волонтеры-реставраторы такой законодательной «воле» вряд ли обрадуются. Она даже не легализует сложившуюся практику. С другой стороны, Минкультуры при разработке этого нормативного акта находилось в сложном, чтобы не сказать – в безвыходном – положении. Официально разрешить волонтерам участие в реставрационных и противоаварийных работах – значит нарушать общую логику нынешней редакции федерального закона о наследии: к работам на памятниках допускаются только лицензированные организации и аттестованные специалисты, в том числе рабочие. Делать из этого жесткого требования исключение именно для волонтеров? Но по какому принципу? Потому что они работают без зарплаты? Памятникам это все равно, а квалификация работника с его бескорыстием напрямую не связана.

Поэтому Минкультуры проводит водораздел именно по «подтвержденным в установленном порядке» квалификации, навыкам и умениям, а не по мотивации людей, пришедших поработать на памятнике. С этой формальной точки зрения, разделение дозволенных и недозволенных работ вполне логично.

Но есть ведь и не формальная, а реальная сторона дела. Есть несколько общеизвестных истин. Во-первых, качество работ квалифицированных волонтеров, действующих под руководством профессиональных реставраторов, ничуть не ниже, если не выше, чем у лицензированных организаций, исполняющих реставрационные госконтракты. Во всяком случае, загубленные волонтерскими бригадами памятники истории не известны, а вот на счету «профессионалов» таковых в последние годы предостаточно. Во-вторых, все заинтересованные граждане прекрасно знают, какие распрекрасные аттестованные рабочие сплошь и рядом трудятся на наших памятниках. И если на них будут смотреть сквозь пальцы, а волонтеров заставлять жить по закону – реакция сообщества будет понятна.

Пока что деятельность волонтеров на объектах культурного наследия находится, если можно так сказать, в «серой зоне» закона – вроде бы и нельзя, но ведь испокон веку так ведется. С принятием специального законопроекта о волонтерах наследия ситуация изменится. Так что когда и если проект «Положения…» в такой редакции станет правительственным актом, получается, в части текущего ремонта, подсобных работ и благоустройства территории памятников деятельность волонтеров будет узаконена, а в части всей остальной их нынешней работы – окажется фактически вне закона.

На практике, при получении разрешений в региональных госорганах охраны наследия, скорее всего, дело сведется к толкованию терминов – что, например, считать ремонтом и т.п. Суровость закона, как обычно, будет компенсироваться необязательностью следования ей в реальности.

На главную