Триумфальная арка Юрия Гагарина

09.06.2015
Триумфальная арка Юрия Гагарина

Евгения Твардовская

Сегодня градозащитники нередко прибегают к помощи известных людей, надеясь, что их авторитет, мнение или личное вмешательство поможет спасти то или иное здание. Эта стратегия, конечно, не новость. Новостью же становятся имена тех, кто поучаствовал или посодействовал сохранению памятника – не по долгу службы, а потому что не мог иначе. А некоторые истории такой помощи, вполне достоверные, обрастают еще и разного рода мифами. 

Вот один из них. Легендарный Юрий Гагарин упоминает с высокой трибуны Триумфальную арку, авторитет первого космонавта так непререкаем, что эти слова становятся поводом для ее восстановления в 1968 году. Так ли это? Неужели Юрий Гагарин – именно тот человек, благодаря которому Арка снова появилась в Москве?

gagarin.jpg

Пленум ЦК ВЛКСМ. Вид из космоса

Юрий Алексеевич Гагарин был делегатом Пленума ЦК ВЛКСМ, проходившего 27-28 декабря 1965 года. В повестке дня значилось: «О работе Белорусской республиканской и Ивановской областной комсомольских организаций по воспитанию молодежи на революционных, боевых и трудовых традициях советского народа». На пленуме присутствовали секретари ЦК комсомола республик, обкомов, крайкомов, помощники по комсомольской работе политуправлений Советской армии и ВМФ, представители центральных молодежных изданий. Выступления были посвящены воспитанию советского патриотизма, накал которого через 20 лет после Победы начал серьезно спадать, и надо было решать, что же с этим делать.

Гагарин, выступавший на вечернем заседании 27 декабря, сначала констатировал очевидное: «Внимание к военно-патриотическому воспитанию ослабло. Дело не в снижении авторитета Армии, а в том, что идут люди, не видевшие войны». А затем Юрий Алексеевич попытался разобраться в причинах, сделав совершенно неожиданные для космонавта и смелые для того времени выводы. Вот выписка из протокола, который хранится в Российском Государственном архиве социально-политической истории: «На мой взгляд, мы еще недостаточно воспитываем уважение к героическому прошлому, зачастую не думаем о сохранении памятников. В Москве была снята и не восстановлена Триумфальная арка 1812 года, был разрушен храм Христа Спасителя, построенный на деньги, собранные по всей стране в честь победы над Наполеоном. Неужели название этого памятника затмило его патриотическую сущность? Я бы мог продолжать перечень жертв варварского отношения к памятникам прошлого. Примеров таких, к сожалению, много».

stenogr.jpgstenogr2.jpgstenogr3.jpg

Заметим, что Гагарин именно констатирует факты. Он не призывает восстановить исторические памятники. Только подчеркивает их влияние на умы и судьбы подрастающих поколений.

Эта цитата широко известна среди архивистов и историков, но почему-то очень мало - среди архитектурной и градозащитной общественности. Она вновь «вошла в оборот» в этом году, когда по разным каналам к Дню космонавтики показывали фильмы про первого космонавта Земли и практически в каждом описывался этот случай как пример смелости и независимости суждений Юрия Алексеевича. 

Но на телеэкране тема получала и развитие в устах друга и коллеги Гагарина – полковника запаса, преподавателя Центра подготовки космонавтов им. Ю.А. Гагарина, доктора философских наук Валентина Петрова. Он утверждает, что после этих слов и всеобщего столбняка, который они вызвали, Леонид Ильич Брежнев (в других СМИ - даже Никита Сергеевич Хрущев) дал распоряжение восстановить Арку, так как Гагарин – человек уважаемый; а насчет храма Христа Спасителя – якобы, просил передать комсомолу, что денег нет.

Однако согласно Протоколу Пленума, Леонида Ильича Брежнева на заседании не было (Н.С. Хрущев присутствовать там и подавно не мог, так как к тому моменту уже больше года как был снят со всех постов). Но и даже потом вряд ли он такие слова говорил. Дело в том, что на момент речи Юрия Гагарина решение о восстановлении Арки уже было принято.

Партия сработала на опережение

Да, слова Юрия Алексеевича не стали непосредственным поводом для возрождения памятника. Это подтверждается опять-таки документами. Постановление № 1059 «О восстановлении Триумфальной арки Отечественной войны 1812 года в гор. Москве» было принято Советом Министров СССР еще 10 декабря 1965 года, а на его основании было выпущено и соответствующее решение Мосгорисполкома № 54/31 от 31 декабря 1965 года (хранится в Центральном городском архиве г. Москвы).

post1.jpgpost2.jpgpost3.jpg

Составление проектной документации поручили Главному архитектурно-планировочному управлению, проект размещения арки выполнялся в мастерской № 4 «Моспроекта-1» под руководством В. Г. Гельфрейха. Разработкой рабочего проекта воссоздания занималась мастерская № 7 института «Моспроект-3» под руководством В. Я. Либсона.

Главным архитектором проекта был назначен Дмитрий Николаевич Кульчинский. Тогда, почти полвека назад, он был еще молодым, но отнюдь не начинающим сотрудником легендарной мастерской Владимира Яковлевича Либсона. Ныне Д.Н. Кульчинский – почетный реставратор Москвы, чье имя навсегда вписано в столичную летопись именно в связи с восстановлением Триумфальной арки. Сам он, правда, скромно говорит, что не считает этот объект самым главным в своей длинной биографии реставратора. Но надо видеть его глаза, когда он смотрит на свое детище, недавно пережившее реставрацию, производители которой, по его словам, не сочли нужным обратиться к нему за советом. 

Kulchinsky.jpg

Вот как Д.Н. Кульчинский вспоминал о событиях полувековой давности в беседе с «Хранителями Наследия»: «Меня вызвали в Моссовет в 1965 году, показали решение Совета Министров за подписью Косыгина. Место на Кутузовском проспекте уже было определено, когда мы туда приехали, я увидел, что уже все подготовлено к началу работ. Я не знаю, почему Арку решили восстановить, кто такую мысль подсказал Косыгину. Я хотел предложить перенести ее поближе к парку, туда, где кончается линия домов. Там больше места, можно было бы восстановить и кордегардии, входившие в первоначальный ансамбль на площади Тверской заставы, устроить музей 1812 года. То есть создать комплекс, своеобразный московский аналог Марсова поля. Но решение уже было принято, и никто не стал его менять».

trium.jpg

Итак, официально процесс по восстановлению памятника Отечественной войне 1812 года был запущен чуть больше чем за две недели до того, как в конце декабря Гагарин поднялся на трибуну Пленума ЦК ВЛКСМ.

Не исключено, что мысль эта первоначально появилась вообще в 1962 году, когда праздновалось 150-летие Победы в Отечественной войне. Об этом юбилее в Москве зримо напоминает ряд культурных объектов: и Бородинская панорама, и Кутузовский проспект. К этой дате была создана и оскароносная киноэпопея "Война и мир" Сергея Бондарчука. Возможно, идея с Аркой витала в воздухе уже и тогда. Возможно, в кулуарах или выступлениях ее высказывал и Гагарин: он был депутатом Верховного Совета от Смоленской области, участвовал в проведении и организации юбилейных торжеств, а также в закладке камня будущей Бородинской панорамы.
Наконец, может статься, что его попросили эту тему поднять и в упоминаемом нами выступлении: решение существовало, но надо было его как-то начать доносить до общественности. И чья-то, вероятно, имевшая место быть просьба совпала с внутренним настроем Гагарина.

Чья просьба и была ли она? Кто разглядел союзника в Гагарине? И вообще, кто задумался о восстановлении Арки и начал претворять эту казавшуюся сумасшедшей мысль в жизнь?

Гагарин и 1812 год

Как бы то ни было, но слова Гагарина о памятниках Отечественной войне 1812 года не были для него случайными. Эта тема всегда особенно трогала Юрия Алексеевича. Его младшая дочь Галина вспоминает: «По-своему важным для папы, я думаю, было Бородинское поле. Пару раз я с ним там была вдвоем по дороге в Гжатск, ездили к бабушке - его маме. На поле папа был особенно задумчивым, грустным. Рассказывал мне о войне 1812 года и о кровавых событиях, связанных с Бородино. О нашей победе, о славе русского оружия, о доблести, храбрости и мужестве защитников Родины. Еще по дороге на Бородино пел мне песню "Скажи-ка, дядя, ведь не даром..." 

xxc1.jpg

А в 1964 году, по словам все того же Валентина Петрова, они с Гагариным на его тридцатилетие посетили Троице-Сергиеву лавру, где в церковно-археологическом кабинете им показали макет храма Христа Спасителя. Его красота произвела на Юрия Алексеевича огромное впечатление: "Когда мы подошли к макету храма Христа Спасителя, Юра заглянул внутрь, посмотрел и говорит мне: "Валентин, посмотри, какую красоту разрушили!" - рассказал полковник запаса. 

Гагарин и не только

Справедливости ради отметим, что Гагарин был не единственным, кто поднял тему сохранения памятников на Пленуме ЦК ВЛКСМ в 1965 году. Согласно записям в протоколе, его поддержал известный журналист «Комсомольской правды» Василий Песков (напомним, что вместе со своим коллегой Павлом Барашевым они были единственными журналистами на борту самолета, на котором, вернувшись из космоса, летел в Москву Юрий Гагарин). Вот его слова:

«Факты и методы, которыми мы должны пользоваться по воспитанию, лежат у нас под руками, но мы иногда их не замечаем, или не умеем пользоваться, или утрачиваем неразумно.

Вблизи Красной площади строится новое здание гостиницы «Россия». Здание построено не очень удачно. Оно подавляет, заслоняет очень дорогой всем нам исторический ансамбль нашей столицы, который воспитывает самые высокие патриотические чувства.

Сейчас ошибка с этим строительством всем очевидна, но поправлять ее уже трудно, затрачены средства и время. Общественное мнение в свое время восставало против этого проекта, но к нему не прислушались. Нам надо из этих уроков обязательно делать выводы. Надо прибегать к широкому обсуждению проектов больших сооружений и монументов, надо трижды подумать, прежде чем разрушить какой-либо исторический памятник».

Peskov.jpgPeskov2.jpg

Проигнорировать мнение двух уважаемых людей было невозможно, и в решениях Пленума появилась запись: «Пленум ЦК ВЛКСМ рекомендует всячески поддерживать и поощрять участие молодежи в охране исторических памятников, в изучении народного творчества и искусства».

Что написано пером

Мы можем никогда так и не узнать, кто конкретно стоял за идеей воссоздания Арки, да и так ли это значимо? Важна сама принципиальная позиция такого выдающегося человека, как Юрий Гагарин, в отношении сохранения наследия, сам факт того, что он произнес слова о его роли и значении, которые актуальны и пятьдесят лет спустя. А благодаря архивным записям становится также вполне понятно, на чьей стороне был бы Юрий Алексеевич сегодня.

Пленум ЦК ВЛКСМ, о котором идет речь, прошел почти полвека назад. С тех пор столько всего переменилось в Москве: были восстановлены и Триумфальная арка, и храм Христа Спасителя, а здание гостиницы «Россия», наоборот, прекратило свое существование. 

К сожалению, неизменным осталось одно: ценность наследия и его роль по-прежнему приходится доказывать, и по-прежнему это считается смелым поступком, на который не каждый решается.

На главную