Здесь был Пушкин, здесь был дом ::: Хранители Наследия | Хранители наследия

Здесь был Пушкин, здесь был дом

18.12.2015
Здесь был Пушкин, здесь был дом

Верный признак московской реставрации – затянутый тряпичным фальшфасадом дом. Верный признак подозрительного в московской реставрации – когда сквозь фальшфасад начинает просвечивать небо, т.е. отсутствие фасада подлинного. Спешите видеть – на Пушкинской площади.

IMG_2640.jpg

На Пушкинской площади, на углу Малой Дмитровки (дом 1, стр. 1), еще целы кое-какие фрагменты объекта культурного наследия регионального значения. Его длинное официальное наименование дает представление о всей его архитектурной и исторической значимости: «Городская усадьба Долгоруковых-Бобринских, 2-я пол. XVIII в. – XIX в. – Главный дом, 2-я пол. XVIII в., 1793 г., 1819 г., 1853-1856 гг. В 1832 г. в этом доме А.С. Пушкин посетил графа С.С. Уварова, президента Академии наук, управляющего Министерством народного просвещения, проживавшего здесь в это время. В 1860 - 1910 гг. устраивались выставки Общества любителей художеств. В 1947-1964 гг. располагалась редакция журнала «Новый мир», где работали К.М. Симонов, А.Т. Твардовский и другие».

В июле 2015 года на объекте был замечен частичный демонтаж стен дворового фасада, а вся «внутренность» была вычищена. В ноябре не хватало уже части фасадной стены, выходящей на площадь.

В первой декаде декабря в центральной части дома за фальшфасадом не было уже ничего, кроме нижних рядов кладки фасадной стены. Зато "внутри", ставшем теперь "снаружи", прослеживались целые массивы новехонькой кирпичной кладки. Боковые части дома и фрагменты дворового фасада еще целы.

IMG_2641.jpg

Из неофициальных переговоров с производителями работ выходило, что здание сильно аварийное, фасадная стена наклонилась наружу, связующий раствор выветрился – оттого, мол, реставрация идет таким образом.

Из нашей переписки с Департаментом культурного наследия Москвы выяснилось, что работы на объекте под контролем, а претензий к реставраторам не имеется.

IMG_2642.jpg

Вот что сообщил нам столичный госорган охраны памятников:

«В 2013-2015 гг. Мосгорнаследием по Объекту согласована проектная документация, разработанная ООО "Гинзбург Архитектс", а также оформлены разрешения на производство работ по сохранению Объекта.

До начала комплекса реставрационных работ с приспособлением для современного использования Объект находился в неудовлетворительном состоянии. В процессе проведения работ по его сохранению выявлен ряд участков конструктивных элементов, находящихся в аварийном состоянии, что потребовало корректировки Рабочей документации и Проекта организации работ, в соответствии с которыми произведен демонтаж части аварийных стен и перекрытий Объекта.

Работы по сохранению Объекта проводятся специализированной подрядной организацией ООО "Спецстройреставрация-к" под авторским надзором ООО "Гинзбург Архитектс" (главный архитектор проекта – А.В. Гинзбург).

Специалистами Мосгорнаследия проводятся регулярные выезды на Объект с целью осуществления государственного надзора за проведением работ по их сохранению. Последнее контрольное мероприятие осуществлено 10 декабря 2015 г., замечаний к проводимым работам по сохранению Объектов не имеется».

Получается история, весьма похожая на рассказанную нами вчера – про реставрацию флигеля Хлудовых на Малой Полянке, 7. С той разницей, что там объект, по официальной версии, обрушился во время противоаварийных работ, после чего был разобран, а здесь демонтаж был предусмотрительно проведен заранее. Неполный.

IMG_2643.jpg

Однако же в нашем распоряжении имеется официальный документ Мосгорнаследия – его распоряжение (№ 15 от 10 января 2014 года), подписанное еще Александром Кибовским. Этим документом утверждается предмет охраны объекта культурного наследия – то, что по закону должно в обязательном порядке уцелеть и остаться неизменным в ходе работ по его сохранению.

Согласно документу, в утвержденный предмет охраны входят, помимо градостроительных характеристик и объемно-пространственной композиции: «крыша первой трети ХХ века… архитектурно-художественное оформление фасадов… в том числе местоположение, форма, размер и оформление оконных, дверных проемов… лопатки, обрамления арочных окон, сандрики с лепными кронштейнами… капитальные стены… их конструкция и материал... декоративное оформление интерьеров» и т.д. и т.п.

Заканчивается этот документ тем, что предмет охраны «может быть дополнен при проведении натурных реставрационных исследований». Но не сокращен.

Каким образом у специалистов Мосгорнаследия после этого не имеется замечаний при проведении государственного надзора – воистину большая загадка.

Может быть, конечно, предмет охраны был изменен, но об этом Мосгорнаследие ничего не сообщает. К официальным ответам на запросы тревожащихся граждан оно еще в июле 2015 года прикладывало именно этот вариант. 

Здесь был Пушкин, здесь был дом.

malDm1.jpg

Досье. Предмет охраны дома-памятника. 

Ответ по Дмитровке.jpgОтвет по Дмитровке2.jpg

Заглавное фото (А. Новичков): июль 2015 года. Начало реставрации. Фото в тексте (К. Михайлов): декабрь 2015 года.   

На главную