Юрий Веденин: Культурный ландшафт как объект наследия

23.08.2017
Юрий Веденин: Культурный ландшафт как объект наследия

23 августа – 80 лет основателю НИИ культурного и природного наследия имени Д.С. Лихачева

От редакции. 23 августа 2017 года исполняется 80 лет Юрию Александровичу Веденину - замечательному ученому, создателю НИИ культурного и природного наследия имени Д.С. Лихачева, председателю Экспертного жюри Всероссийской премии «Хранители наследия», постоянному автору нашего сайта и просто большому нашему другу.

Заслуги и достижения Юрия Александровича на ниве сохранения культурного наследия России общеизвестны; в 2017 году он был удостоен Международной общественной премии имени Алексея Комеча. 

«Хранители Наследия» от всей души поздравляют Юрия Александровича с юбилеем, желают ему новых открытий и достижений. И, конечно, побед над всеми, кто покушается на его и наши любимые памятники и исторические места.

Юбилей мы решили отметить публикацией текста Юрия Веденина на его «коронную тему».

Многая лета, Юрий Александрович!

Вы сами и создаете наш культурный ландшафт.

 vedenin.jpg

Проблемы сохранения культурных ландшафтов

Сегодня перед лицами, ответственными за сохранение и развитие исторического города или сельской местности как особого типа культурного ландшафта, встает архисложная задача: как, с одной стороны, сберечь историко-культурные и природные ценности этого места, а с другой, создать нормальные, соответствующие современным требованиям условия жизни для местного сообщества.

Развитие исторического сельского пространства нередко входит в противоречие с требованиями сохранения наследия. Об этом свидетельствует застройка исторических деревень или открытых пространств, имеющих мемориальное и историческое значение. В качестве таких примеров можно привести Есенинские места, Пушкинские ландшафты в окрестностях Михайловского, долину Оки, воспетую Поленовым, подмосковные усадьбы, например Остафьево, район Радонежа под Москвой.

Сейчас очень интенсивно идёт процесс застройки Есенинских мест. Уже почти ничего не осталось от деревень, расположенных вдоль Оки, в непосредственной близости от Константинова. Сегодня в них преобладают уже не традиционная застройка, не дома, которые были построены в традиционном стиле. Там теперь господствуют вычурные коттеджи,  диссонирующие с традиционной застройкой. Этот процесс продолжается. К сожалению, он не ограничиваются территорией самих исторических поселений. Новые здания быстро захватывают новые земли, ещё недавно использовавшиеся как поля.

В настоящее время там ведется работа по проектированию достопримечательного места. Возникает проблема. Можно превратить эту территорию в заповедник и прекратить там хозяйственную деятельность. Но для того, чтобы сохранить традиционные есенинские ландшафты, необходимо продолжать ведение сельского хозяйства, сохранять поля, разделённые перелесками. А для этого необходимо развивать существующие села, создавать современные агрокомплексы. Всё это предопределяет необходимость сочетания современного хозяйства с охраной культурного наследия.

В большинстве районов России продолжается процесс депопуляции местного населения. В ряде мест он уже необратим. Умирают деревни. Зарастают поля. Это характерно для Центра и Севера России. К сожалению, теперь очень трудно вернуть туда население. Ведение в этих местах сельского хозяйства нерентабельно. Где-то положение дел спасают дачники. Они позволяют сохранить гибнущие деревни. Но они не позволяют остановить процесс зарастания полей. Поэтому единственная возможность сохранения таких ландшафтов - это организация национальных парков и музеев-заповедников, в задачу которых входило бы ведение традиционного хозяйства, явно не рентабельного. Но государство в этом случае должно оплачивать труд людей, фактически работающих по сохранению наследия.

Исчезает историческая топонимика. Фактически в российских городах почти не осталось старых названий улиц, многие из которых сохранялись в течение нескольких столетий. Память об истории города, о её природе – реках и ручьях, рельефе, в частности, оврагов, храмах, о людях, которые когда-то жили в этом месте, о профессиональном распределении людей в старом городе, об исторических дорогах, фактически была искусственно прервана.

 4808.jpg

Охрана и сохранение культурных ландшафтов

В настоящее время охрана культурных ландшафтов осуществляется через придание им статуса достопримечательного места или включение их в зоны охраны памятников и ансамблей, а также организацию на этих местах музеев-заповедников и национальных парков. Именно благодаря музеям-заповедникам и национальным паркам удалось сохранить ряд уникальных культурных ландшафтов. Это музеи-заповедники Бородино, Куликово поле, Пушкинские места в Псковской области, Вёшенская Шолохова. Можно назвать и такие национальные парки как Кенозерье в Архангельской или Угру в Калужской области.  Сейчас роль музеев-заповедников может быть усилена. В настоящее время большая часть территорий музеев-заповедников и музеев-усадеб получают статус достопримечательных мест для. Такой статус уже получили территории Ясной Поляны, Куликова поля, Бородина, Пушкинского заповедника, Поленова и т.д.. При этом возникает масса проблем. Некоторые музеи-заповедники уже имеют зоны охраны. К сожалению, они работают отнюдь не всегда эффективно. Это мы видели на примере многих территорий, в том числе Радонежа и Есенинских мест, Михайловского Пушкина или Ясной Поляны. В том случае, когда создаётся достопримечательное место, вся территория музея-заповедника, включая и зоны охраны, получает статус объекта наследия. Вместе с тем возникают проблемы. Они связаны с тем, что многие чиновники пытаются ослабить режимы использования этой территории. С такой попыткой мы сталкивались в том же Радонеже.

Иногда достопримечательное место разрабатывается для территории усадебного ансамбля, который уже имеет статус объекта наследия (это чаще всего ансамбль) и вполне работоспособные зоны охраны. Под предлогом создания достопримечательного места возникает желание сократить площадь этого объекта наследия. С этим мы сталкиваемся в подмосковной усадьбе Архангельское.

 4893.jpg

Город как культурный ландшафт

В настоящее время не только сельская местность, но и город начинают рассматриваться как культурный ландшафт. Об этом свидетельствуют последние документы ЮНЕСКО. Что же это даёт для современной градостроительной практики? Как это может повлиять на стратегию сохранения и развития города как объекта наследия? В соответствии с культурно-ландшафтным подходом, возрастает роль экологии, более актуальным становится  учет влияния окружающей среды. Всё более явно осознаётся позитивная роль сохранившихся природных объектов и комплексов – гидрографической сети, растительности, разнообразных форм рельефа. Это особенно заметно на примере многих старых русских городов, на примере Суздаля. Попробуйте застроить его замечательные  луга. Всё очарование этого города исчезнет. А кстати такие попытки уже делались, и я думаю, что мы не застрахованы от того, что всё это будет продолжаться. Правда, сейчас они защищены статусом достопримечательного места.

А как можно себе представить Санкт-Петербург без Невы, Мойки, Фонтанки  и многочисленных каналов, которые во многом определили  градостроительное решение этого города.

Мы с грустью вспоминаем спрятанные в трубы малые реки Москвы. С точки зрения культурно-ландшафтного подхода это было явно неверное решение.

Обычно, всё внимание градозащитников направлено на исторические центры городов. Однако, чтобы не повторять ошибок прошлого, необходимо уже сейчас заботиться о том, чтобы в новых районах сохранялись не только объекты культурного наследия, но и другие ландшафто-формирующие элементы, в частности малые реки, выразительные формы рельефа, участки сохранившихся сельских фруктовых садов и дорог.

Сегодня одной из основных опасностей, связанных с сохранением культурных ландшафтов, как городских, так и сельских - это реконструкция исторических кварталов, садов и парков.

Это можно видеть на примере Летнего сада в Петербурге. В результате его реконструкции появился новодел, где преобладают копии исторических строений XVIII века.  Уже нет того сада который вдохновлял творчество Анны Ахматовой, Остроумовой-Лебедевой и многими другими художниками 19-20 веков. К сожалению, в результате произведённых там работ эта часть истории Летнего сада была вычеркнута из его биографии. Очевидно, что следовало бы сохранить тот же Летний сад в том виде, в каком он дошёл до наших дней. Именно об этом говорил Д.С. Лихачёв, когда писал, что в этих, казалось бы полностью утративших свой прежний облик парках сохраняется ощущение подлинности и исторической репрезентативности. Поэтому нужно сохранить эту особенность парка, может быть даже некоторые черты, свидетельствующие о его заброшенности.

 P1070891.JPG

Целостность и подлинность

Постоянно возникает проблема: сохранять ли руинированные памятники внутри сохранившегося ландшафта, конечно несколько изменённого, но все же подлинного? Или восстанавливать усадьбу, парк каким он был или, по крайней мере, в образе того, что было?

Я очень люблю усадьбу Н.А. Львова в Тверской области «Никольское». От неё остались мавзолей, в общем-то сохранивший свой первозданный облик. Причём это не воссозданный, а хорошо отреставрированный памятник. Сохранился также пирамида-погреб, уцелевший до наших дней и также совсем неплохо отреставрированный. Но в усадьбе сохранилась ещё и кузница, построенная в традиционном для Львова стиле, из диких необработанных камней. Она напоминает знаменитый мост в Василёве. И я думаю, что эта часть усадьбы нуждается не в реставрации, а в консервации, в  сохранении того ландшафта, который сохранился до наших дней. Необходимо провести определённые работы в парке  и при этом  сохранить очарование заросшего парка. А то не дай бог - получится как в Царицыне, когда сохранявшиеся руины дворца были использованы для строительства абсолютно нового здания. Стремление сформировать целостное представление об этом памятнике привело к созданию новодела и фактически уничтожило старый памятник.

Аналогичные примеры – это восстановленные замки Белоруссии. Очевидно, что через воссоздание утраченных фрагментов или элементов исторического культурного ландшафта можно повлиять на представление о его целостности, но при этом никогда нельзя забывать о том, что при этом будет нанесён  существенный урон его подлинности.

Воссоздание многочисленных церквей в Москве сделало её ландшафт, казалось бы, более целостным и вместе с тем, привело к потере его. Для меня важнее сохранить память о том, что на этом месте был тот или иной памятник.

В этом отношении не-сбывшаяся идея создания прозрачной модели храма Христа Спасителя в большей степени отвечает требованием, позволяющим сохранить подлинность и целостность исторического ландшафта. Ведь целостность определяется не только визуальными связями, но и смысловыми наполнением, оно определяется не только через рассмотрение пейзажей с одной или пяти визуальных точек, но через возможность во время прогулки увидеть места, связанные с историей этого места. Кстати это положение очень важно. Мы забываем, что мы имеем дело не с человеком, который перескакивает с одной точки на другую, а идет по этой территории. В своё время замечательный историк архитектуры петербуржец Лев Михайлович Тверской провёл замечательный анализ Невского проспекта и Парадного поля в Павловске, где показал как воспринимается эти памятники во время пешеходной прогулке.

 4853.jpg

Два подхода к культурному ландшафту 

В заключение - несколько слов о том, как можно представить культурный ландшафт как объект наследия.

Следует иметь в  виду возможность использования современных форм искусства, например, инсталляции или перформанса, для того чтобы максимально сохранить подлинные элементы  и фрагменты объекта наследия и вместе с тем, что показать, каким этот объект наследия был в разные моменты своей истории.  Появляется возможность кратковременной демонстрации виртуально «восстановленных» утраченных объектов, не нарушая при этом сложившуюся в последующие годы планировку, застройку и композицию культурного ландшафта. Благодаря таким приёмам можно усилить роль исторической репрезентативности и документальности  наследия. Мы в своё время предлагали провести работу подобную работу в Богородицке. Нашли все точки, с которых открываются построенные Болотовым павильоны, беседки, другие парковые сооружения, наложили на них акварельные рисунки и пейзажи Болотова и поняли, что можно показать зрителю настоящий болотовский парк. Мы предложили отнестись к этому объекту, как к театральной площадке. Можно восстанавливать этот парк во время праздников, создавая необходимые для этого декорации. Кстати, следует вспомнить, что большинство сооружений, которые возвёл в своё время Болотов, были построены из лёгких деревянных конструкции.

С использованием современных технологий, в том числе с помощью голографии, можно было показать в Летнем саду утраченные павильоны, трельяжи, беседки. Тем самым можно было бы сохранить подлинный ансамбль и вместе рассказать об истории его развития. Вместо этого подлинный Летний сад был уничтожен. Я хотел бы вспомнить слова Д.С. Лихачёва «Отношение к прошлому может быть двух родов: как к некоторому зрелищу, театру, представлению, декорации - и как к документу. Первое отношение стремится воспроизвести прошлое, возродить его зрительный образ. Второе стремится сохранить прошлое хотя бы в его частичных остатках.  Для первого… важно воссоздать внешний, зрительный образ парка или сада таким, каким его видели в тот или иной момент его жизни. Для второго важно ощутить свидетельство времени, важна документальность.  Первое говорит: таким он выглядел; второе свидетельствует: это тот самый, он был, может не таким, но это подлинно тот, это те липы, те садовые строения, те самые скульптуры.… Первое будет требовать: только одна эпоха – эпоха создания парка, или его расцвета, или чем-либо знаменательная. Второе скажет: пусть живут все эпохи, так или иначе знаменательные, ценна вся жизнь парка целиком, ценны воспоминания о различных эпохах и о различных поэтах, воспевших эти места, - и от реставрации потребуют не восстановления, а сохранения…». Дмитрий Сергеевич Лихачёв очень чётко определил свою позицию. «Да, вы поняли  меня правильно: я на стороне второго отношения к памятникам прошлого. И не только потому, что второе отношение шире, терпимее и осторожнее, менее самоуверенно и оставляет больше природе, заставляя уважительно отступать внимательного человека, но и потому ещё, что оно требует от человека большего воображения, большей творческой активности. Восприятие памятника искусства только тогда полноценно, когда оно мысленно воссоздаёт, творит вместе с творцом, исполнено историческими ассоциациями».

Бонус № 1: интервью Юрия Веденина журналу «Музей» (№ 5-6, 2017).

Бонус № 2: открытый видеоурок Юрия Веденина в "Школе наследия" и поздравления от "Архнадзора"

Фото: К. Михайлов, «Школа наследия»

На главную