Спасение на сводах

Дмитрий Ермолаев, журналист и краевед, с лета 2024 года развил немалую медиа- и общественную активность ради спасения сводчатых белокаменных палат, обнаруженных им (так он считает и пишет) в центре старинного города Торжка. В своем телеграм-канале Дмитрий Ермолаев ведет подробную хронику визитов к подопечному памятнику и обращений к властям.

«Составил схему подземных палат, – писал он в июне 2024 года, – найденных мною в Торжке и поставленных по моему обращению Управлением по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области на учет в качестве объекта, имеющего признаки объекта культурного наследия.

Подземные палаты (над землей находится лишь обращенная к реке Тверца небольшая часть с окном) расположены в Торжке между зданием № 7 по улице Кирова и наб. р. Тверца. Помещение представляет из себя выложенные из белого старицкого камня подпираемые 2 столбами сводчатые палаты с максимальной высотой потолка в 3 метра 20 см. Длина – 18 метров, ширина – 11,5 метров. Столбы, ширина основания которых составляет полтора метра, делят помещение на 6 квадратов со стороной в 5 метров.

Судя по всему, это те самые подземные палаты, которые в 1912–1914 годах обнаружил легендарный российский археолог Игнатий Стеллецкий. Можно предположить, что данные подземные палаты относятся ко времени нахождения Торжка в составе Новгородской республики».

Палаты в Торжке на снимке 2014 года. Уже тогда были видны обрушения, намокание и биопоражения кладки

Палаты в Торжке, безусловно, даже в нынешнем мизерабельном состоянии выглядят впечатляюще и, безусловно, заслуживают сохранения и восстановления. Таких «атмосферных» руин в Торжке, пожалуй, не сыскать, да и в других провинциях негусто.

Специалисты, например, осматривавший недавно объект замдиректора Государственного музея архитектуры им. А.В. Щусева Анатолий Оксенюк, не разделяют мнения краеведа Ермолаева о глубокой древности палат, как бы тот ни доказывал их датировку XV веком и «абсолютную идентичность» с Владычной палатой в Новгородском детинце.

Скорее всего, постройка в Торжке более поздняя – XVIII–XIX веков, и имела она хозяйственное, производственное назначение. Но это не умаляет ее редкости, оригинальности и, следовательно, ценности.

Но в чем краевед Ермолаев абсолютно прав – так это в необходимости принятия срочных мер по спасению аварийного объекта:  «Кирпичное здание XIX века, которое было надстроено над белокаменными палатами, полностью растащено и руинировано. Площадка над палатами зарастает деревьями, которые своими корнями разрушают белокаменную кладку».

В феврале 2025 года краевед Ермолаев зафиксировал  «новый серьезный обвал сводов... Необходимо срочное исследование палат специалистами (а не такими любителями-краеведами, как я) и их консервация, расчистка пространства над палатами от поросли и многочисленных 5–7-летних деревьев».

Не дождавшись никакой реакции властей, краевед со товарищи решили заняться спасением на сводах самостоятельно. В середине марта 2025 года они снарядили экспедицию в Торжок. «Неоценимую помощь в спасении палат, – пишет Ермолаев, – оказали два неравнодушных человека, Семен Гаврилов и Константин Рубцов, которые, приехав в Торжок за четверть тысячи километров, срезали выросшую на месте руинированной кирпичной надстройки над белокаменными палатами молодую поросль, которая являлась самым ключевым фактором уничтожения белокаменных палат».

Однако краеведы-энтузиасты обнаружили обрушение еще одного свода – второго из шести.

«Власти, – заметил тогда журналист, – «застряли» на этапе присвоения данным палатам охранного статуса. Управление по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области возможностью выезда на место не располагает, запросы в архивы ничего не дали».

На карте Торжка конца XVIII века краеведы обнаружили на этом месте некое строение, остатком которого, по их мнению, являются белокаменные палаты.

Но пока памятник «проявляется» в архивах и на картах, он грозит исчезнуть в натуре. «Палаты продолжают разрушаться, – беспокоится Ермолаев в начале мая 2025 года. – Идет обвал одного из купольных перекрытий. Возможно начало обвала одного из двух несущих столпов. Нужны срочные работы по консервации и восстановлению! Счет пошел на месяцы».

В конце мая 2025 года, как свидетельствует краевед, представители Управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области наконец приехали в Торжок и осмотрели палаты: «Пока данный уникальный объект получил статус выявленного объекта культурного наследия».

Статус, понятное дело, разрушений остановить не мог. Более того, все последние годы палаты разрушались именно в этом самом охранном статусе.

«Погруженные в культурный слой белокаменные палаты находятся на территории руинированного после 1991 года и заросшего лесом завода Каттербаха, – пишет Ермолаев в конце июля 2025 года. – Который, вернее его руины, являются ОКН ( вся территория). Вот в таком статусе руины завода продолжают разрушаться, они бесхозны к тому же. Завод обанкротился в 1990-е и никому ничего не принадлежит. Выделять белокаменные палаты в рамках руин завода Каттербаха в отдельный ОКН никто не будет. А значит, ставить вопрос о консервации отдельно палат бюрократически сложно. Так как они часть ОКН, которым является весь руинированный и заросший лесом завод Каттербаха».

Да, на самом деле и белокаменные палаты, и их статус, и их бедственное состояние давно прекрасно известны всем, кто имеет отношение к охране памятников в Тверской области.

Палаты на карте современного Торжка

В перечне выявленных объектов культурного наследия региона несколько строений бывш. Пивоваренного завода братьев Каттербах в Торжке значатся аж с декабря 1999 года. 

Этот комплекс имеет весьма интересную историю: в XVIII–XIX веках здесь была жилая городская усадьба, в состав которой входила упраздненная в 1814 году и перестроенная новоторжская церковь Жен Мироносиц (середины XVIII века). В 1889 году купивший усадьбу предприниматель Альберт Каттербах основал в ней пивоваренный завод и выстроил несколько производственных зданий. Завод проработал до 1985 года, а после его закрытия бесхозные постройки стали растаскивать на стройматериалы. До 2010 года основные здания завода еще худо-бедно сохранялись, но потом разрушение взяло верх. Перестроенные руины Мироносицкой церкви, в которых даже опытному глазу трудно опознать храм, пока сохраняются.

Руины перестроенной Мироносицкой церкви

Градозащитный портал «Тверские своды» еще в 2014 году описывал завод Каттербаха как «один из удивительнейших и наиболее проблемный по сохранности памятник Торжка... До конца 2000-х гг. основные постройки были если не целы, то в ремонтопригодном состоянии. Ныне они не просто руинированы, но продолжают разрушаться с катастрофической быстротой, несмотря на то, что в свое время была идея сделать вместо завода небольшой отель на 90 мест. Но кроме проекта и исторической справки, ничем это не завершилось».

Руины кирпичного здания над палатами

Описаны в «Тверских сводах» 2014 года и белокаменные палаты:

«Главное здание, которое было усадебным домом, построено в несколько приемов. Фактически сейчас это грандиозный подвал с монументальным столпом, поддерживающим мастерски выложенные из колотой известковой плиты своды. Своды настолько великолепны, что, даже не будь ничего другого, их стоило бы отметить как новоторжскую достопримечательность.

Мы не знаем, что это за сооружение изначально. Очень вероятно, что огромное строение площадью около 80 кв. м служило подклетом купеческого лабаза 2-й половины XVIII века. В Торжке XVIII века вообще была сильна традиция строительства подобным сводчатых складских помещений, врезанных в береговой склон Тверцы. Но уцелели из них немногие. Иные из них дали основние для позднейших легенд о подземных ходах.

Само строение снаружи почти полностью разрушено. Уцелел по береговому фасаду лишь уровень окон подклета. От фасада остались следы вертикальных лопаток, показывающие кладку конца XVIII века».

Таким образом, общественность призывает власти спасти палаты в Торжке не год с небольшим, как краевед Ермолаев, а как минимум более десяти лет. «Тверские своды» еще в 2014-м говорили о «хотя бы консервации руин в виде совершенно исключительного туристического «арт-объекта"». И все безрезультатно.

Один из корпусов завода Каттербаха в 2005 (вверху) и в 2014 годах

Все это, заметим, происходит, вернее, не происходит в Торжке, расположенном не в глуши, а на большой столбовой дороге из Москвы в Петербург, в городе, посещаемом тысячами туристов, фигурирующем в десятках туристических проектов, наконец, в городе, куда приезжает Президент России и обсуждает проблемы сохранения культурного наследия с культурными работниками Тверской области.

Чтобы из такого сочетания благоприятных факторов получить на выходе абсолютный ноль проектов и мероприятий по сохранению столь уникального объекта – нужно испытывать к его судьбе абсолютное безразличие. Других объяснений нет.

Появившиеся недавно в тверских СМИ радостные сообщения о включении завода Каттербахов в программу реализации памятников для последующего восстановления через ОАО «ДОМ.РФ» – скорее всего, плод недоразумения: на торги выставляется здание в соседнем квартале.

«Остается одно, – резюмирует краевед и журналист Ермолаев, – просить Минкультуры России провести в виде исключения консервационные работы в отношении белокаменных палат, которые, несомненно, являются отдельным важнейшим памятником российской средневековой архитектуры, который нужно срочно спасать».

Все правильно, но только не «в виде исключения». Ежегодная программа консервации аварийных объектов культурного наследия, реализуемая Минкультуры РФ, стала уже правилом. 

Дорогое министерство, прими, пожалуйста, участие в новоторжском спасении на сводах.

Иллюстрации: Дмитрий Ермолаев; "Тверские своды"