Успенский собор во Владимире: открытия в преддверии реставрации

Главный архитектор проектов ФГУП ЦНРПМ Дмитрий Яковлев – о подготовке проекта комплексной реставрации главного храма Северо-Восточной Руси

«Хранители Наследия»

Успенский собор во Владимире – объект Всемирного наследия ЮНЕСКО – готовится к комплексной реставрации, первой с середины ХХ века. Средства на проектные работы по реставрации уникального храма в 2022–2023 гг. были выделены Министерством культуры России. Разработкой проекта реставрации бесценного памятника архитектуры, в XII–XV столетиях главного собора всей Северо-Восточной Руси, занимаются специалисты ФГУП ЦНРПМ. В 2022 году начались комплексные научные исследования памятника – натурные, археологические, инженерные и проч., необходимые для подготовки проекта его реставрации. Исследовательские работы продолжаются и принесли уже немало открытий. Об одном из них – находке металлической фигурки ангела, предположительно XII века – «Хранители Наследия» недавно рассказали. 

Сегодня об общей концепции будущего проекта реставрации Успенского собора, о новых открытиях при исследовании памятника нам рассказывает главный архитектор проектов ФГУП ЦНРПМ Дмитрий Яковлев.

Дмитрий Яковлев (слева) руководит натурными исследованиями в Успенском соборе. Зима 2023 г.

– Дмитрий Евгеньевич, какие задачи поставлены перед ЦНРПМ в этом реставрационном проекте?

– В соответствии с госконтрактом, мы выполняем полноценный проект реставрации и приспособления Успенского собора. Конечно, реставрационные и ремонтные работы в соборе в течение последних десятилетий велись практически непрерывно, с разной степенью интенсивности, но были фрагментарными. локальными. В разное время проводились масштабные работы по фасадам, по кровле памятника. Но комплексная реставрация Успенского собора, затрагивающая и фасады, и интерьер, в последний раз проходила более 70 лет назад – в конце 1940-х – начале 1950-х годов.

Южный фасад Успенского собора. Ортофотография

Разработке нашего проекта предшествуют комплексные научные исследования. Большая часть их уже проделана, и совсем скоро мы должны уже подготовить проект реставрации собора. Необходимо, конечно, учитывать время, занимаемое оформлением соответствующих разрешений. Например, у нас есть согласованное заранее количество зондажей, их размеры и привязка к конкретным местам. То есть реставратор еще до начала работ должен предугадать, где он может обнаружить срубленный наличник или какую-то другую ранее не известную деталь. Но, конечно же, в процессе работ все это меняется. Если реставраторы прежних лет могли вносить изменения в рабочем порядке, то сегодня требуется получение новых разрешений. А это задержки в рабочем процессе. Это очень важно, потому что уже даже на стадии согласования проекта возможны новые открытия, которые могут оказать влияние на проектные решения.

Натурные исследования в Успенском соборе. Зима 2023 г.

В наш контракт, и, соответственно, в проект входят разделы по реставрации архитектуры собора, реставрации живописи, предметов декоративно-прикладного искусства, исследования иконостаса, Владычного и Императорского «мест», а также Надпрестольной сени. Мы также будем заниматься и инженерными системами, организацией в соборе температурно-влажностного режима (ТВР), необходимого для сохранения памятника.

Мы изучаем и используем в нашей работе все накопленные предшествующими исследователями и реставраторами Успенского собора материалы, Владимиро-Суздальский музей-заповедник предоставил нам документацию из своего архива. То есть смотрим все, что было выпущено по собору, начиная с 1950-х годов.

План Успенского собора по А.В. Столетову. Середина 1950-х гг. Темным цветом выделен первоначальный собор Андрея Боголюбского, обстроенный галереями и новыми алтарными апсидами при Всеволоде Большое Гнездо

Конечно, после реставрации по нашему проекту собор ни в коем случае не изменит кардинально свой облик. Но в процессе наших исследований выявилось много фактов и артефактов, которые не были отражены в научной литературе.

– В феврале 2023 года почти все СМИ облетела новость о находке в пространстве между нынешним и первоначальным полами собора металлической фигурки ангела, предположительно XII века. Какие другие открытия были сделаны в ходе исследований ЦНРПМ в 2022–2023 годах?

– Как я уже говорил, вроде бы Успенский собор все время был на виду, его изучением занимались несколько поколений исследователей, реставраторов, музейных сотрудников. Но поскольку комплексной реставрации не было с середины ХХ века, некоторые зоны специалисты обошли вниманием, и мы в чем-то ощущаем себя первопроходцами.

Например, центральные порталы на западном и северном фасадах собора в новейшее время не реставрировались, но и не обследовались. Они считались не очень интересными для специалистов, поскольку были переделаны, оштукатурены и окрашены в конце XIX века. Мы же решили исследовать западный портал – и обнаружили подлинные архивольты с фрагментами резьбы, причем расписанной! То есть сегодня мы впервые видим сохранившиеся фрагменты резного портала собора времен Всеволода Большое Гнездо. Это важное открытие. Теперь надо понять, как его экспонировать после реставрации.

Фрагментарные зондажи на западном портале Успенского собора. Обнаружены архитектурные элементы 1186–1189 гг., включая фрагменты резьбы архивольтов

При археологических работах обнаружили также южную апсиду первоначального собора Андрея Боголюбского – вернее, то, что от нее осталось после того, как мастера Всеволода Большое Гнездо ее сломали. Мы знаем теперь размеры алтарной части храма Андрея Боголюбского. А поскольку храмы строились, в общем-то, по одной схеме – можем предположить его облик и графически его реконструировать. В составе нашего проекта будет специальный раздел с научными реконструкциями облика собора на всех этапах его существования.

Восточный фасад Успенского собора. Ортофотография

Шурф, позволивший уточнить абрис и местоположение южной апсиды собора 1160 г.

Шурф между центральной и южной апсидой собора. Видна кладка цоколя нереализованной (большей по размеру)  алтарной части 1186–1189 гг. с древней ремонтной прикладкой. Предварительная реконструкция внешнего вида

Под современной отмосткой с востока у апсид собора мы обнаружили массив кладки с цокольным рядом от других апсид времени Всеволода Большое Гнездо. С ними храм имел бы еще более «базиликальный» вид. Но, видимо, апсиды в процессе строительства решили сделать поменьше, возможно, средств было недостаточно… При этом конструкции уже начатых кладкой апсид оставались на виду; они имели вид белокаменного подиума вокруг апсид и восточного фасада здания. Это очень неожиданная находка, которая, находясь под землей, сейчас разрушается… Мы хотим сделать в этом месте понижение уровня земли и восстановить эту конструкцию. Подобный надземный выступ фундамента был у главного восточного фасада Грановитой палаты Московского Кремля. Это отражено в исследованиях С.С. Подъяпольского, который отмечал, что это северо-итальянский прием, который встречается в итальянских палаццо. Это дополнительное подтверждение того, что европейские мастера работали у нас не только в Москве. И, вероятно, в Успенском соборе во Владимире в одной артели вместе работали мастера как южно-германские, так и северо-итальянские.

План первого яруса собора с показанием различных строительных периодов (ЦНРПМ). Темно-красным цветом выделен первоначальный храм Андрея Боголюбского

Есть еще одно место в соборе, требующее принципиального решения реставраторов. Мы задумались: почему в северном нефе храма сохранился знаменитый замечательный фрагмент фасада собора Андрея Боголюбского, с аркатурно-колончатым поясом, с фигурами пророков и павлинов, – а напротив, с южной стороны, – огромная высокая арка и разрозненные архитектурные фрагменты? Было непонятно, почему здесь прервался аркатурно-колончатый пояс. У меня было ощущение, что это следствие каких-то поздних работ, которые нарушили общую архитектуру. Сделали зондаж – а это очень высоко – и выяснилось, что здесь действительно были работы в XVIII веке, которые по сути нанесли большой урон памятнику. Высокая арка оказалась кирпичной, причем толщиной в пятах всего в полкирпича. А над этой аркой стена из тяжелых белокаменных блоков, высотой метров десять, с окном. Арка уже трещит от нагрузки. Это аварийные участки, с которыми нужно что-то делать. У нас есть предложение воссоздать здесь – зеркально с северным нефом – фрагмент стены с аркатурно-колончатым поясом в обобщенной форме, как оформление инженерного укрепления, которое здесь необходимо.

Зондаж прясла южной стены собора 1160 г. Фрагменты аркатурно-колончатого пояса, разобранного в XVIII в. при  устройстве кирпичной арки  

Кажется, мы разобрались с интересной проблемой – как в древности попадали на хоры собора. Широко известна история о том, как монголы в 1238 году не смогли найти вход на эти «полати». При этом как-то ведь туда попадали, там до XVIII века наверху существовал придел Антипия Пергамского. А первое упоминание о деревянной лестнице на хоры встречается только в XIX веке. Что-то произошло в XVIII веке, они ликвидировали более ранние способы попасть наверх, сделав лестницу, на месте которой сейчас чугунная, XIX века. Высказывалась версия, что у собора была лестничная башня, но в кладке нет никаких следов дверей, переходов. Возможно, существовала встроенная винтовая лестница в нартексе, в южной его части.

Мы обдумываем также возможность раскрыть сохранившийся участок северного фасада конца XII века на чердаке Георгиевского придела. Фасад этот сильно перетесан, но, возможно даже, что под набелами сохранились фрагменты живописи. Этот чердак – вообще «мертвая зона», никогда не исследовавшаяся.

Фрагменты аркатурно-колончатого пояса северного фасада собора 1186–1189 гг., сохранившиеся на чердаке Георгиевского придела, не затронутые при реставрации конца XIX в.

В процессе обследований мы, конечно, сталкивались с большими сложностями. Очень трудно чисто физически добраться до отдельных зон собора: они на огромной высоте. Купола вот у нас еще не полностью исследованы: центральный крест покосился, и при сильном ветре даже видно, что раскачивается. Этой зимой на собор пришли промышленные альпинисты, люди опытные, которые работали ранее в Московском Кремле. Они забрались на главу одного из боковых барабанов. Выяснилось, что зимой при смене погоды белокаменные барабаны покрываются льдом. Снег тает, вода стекает, потом снова замерзает – и вот стоит красивый, покрытый ледяной коркой барабан. Что с этим делать – будем думать: ясно, что необходимо ограничить поступление теплого воздуха изнутри. А это проблема необходимости реконструкции или замены имеющейся системы вентиляции.

Исследования кровель и барабанов Успенского собора

Альпинисты-исследователи на кровле Успенского собора

В стенах собора есть старые трещины, которые были заделаны в разное время, но «живут» – и требуют профилактики. Особенно проблемный юго-восточный придел, он даже не действующий: там помимо подтеков конденсата по стенам проявились старые трещины. Все это требует исследования и, вероятно, инъектирования. Нужно также переделывать систему водоотведения с кровель, реконструировать систему электросвещения и другие сети.

– Расскажите подробнее о модернизации инженерных систем собора.

– Последний раз работы по реконструкции системы кондиционирования проводились недавно, в 2015 году. Она обеспечивает подачу теплого воздуха и необходимое увлажнение. Но исследования ТВР в Успенском соборе ведутся много лет; анализируя эти данные, мы приходим к выводу, что нужно предлагать более кардинальные меры по реконструкции системы кондиционирования, так как нынешняя система работает агрессивно по отношению к памятнику. Для ее устройства была использована прежняя система калориферных каналов конца XIX века, которая в свое время стоила собору утраты многих древних частей. В советское время эти каналы дополнительно расширили, благо, что часть работ зафиксировали археологически. Надо отметить, что многие новые каналы делали хозспособом, продухи не чистили: нагнетаемый воздух выдувает через щели в полах в пространство собора пыль, грязь из этих каналов. Архитектурное оформление выходов этих каналов абсолютно диссонирует с интерьером: это высокие – до карнизов арок – короба, выкрашенные под стены, с нарисованными «полотенцами» внизу, с фанерными лючками и с простыми пластиковыми решетками салатового цвета вверху. Часть их работает на подачу горячего воздуха. В алтаре эти каналы имеют выходы в полу и закрыты решетками. Ну представьте – каково служить в храме, когда снизу в подрясник тебе дует мощный поток воздуха? В результате часть этих выходов в алтарях просто перекрыли. А отсюда и проблемы с живописью, с ТВР… Неоднократно об этом говорилось в связи с сохранением рублевской живописи в соборе. Сейчас мы склоняемся к тому, чтобы жестко ограничить функции этой системы, чтобы она работала только на подачу холодного воздуха и без увлажнения, а возможно и полностью отказаться от нее с устройством локального подогрева полов и ограждающих конструкций. Плюс в интерьере есть конденсат, есть промерзание барабанов. В связи с этим будем переделывать оконные заполнения, хотя они сделаны всего лет десять назад: в этих трехслойных стеклопакетах собирается конденсат, нужно делать «дышащие» окна, с новыми аэрационными устройствами и с новой расстекловкой, без тяжелых рам.

Наш проект предусматривает и понижение уровня земли вокруг собора, в связи с чем крыльца «увеличатся» на одну ступеньку. У южного фасада надо сделать хорошее водоотведение: сейчас вода льется с крыши из труб прямо под стены. Еще мелочь, но заметная: на кровле собора всюду торчат вентиляционные трубы, похожие на грибы. Вызывает сомнения их эффективность, они легко ломаются у основания и под кровлю попадает вода. Да они и просто не вяжутся с историческим обликом памятника, их следует убрать.

– Что предусматривает проект в части сохранения живописи Успенского собора?

– Это отдельный и очень сложный раздел, требующий соучастия и экспертных заключений признанных специалистов по древнерусской живописи, десятилетиями занимающихся сохранением рублевских фресок в Успенском соборе. Мы, кстати, столкнулись с тем, что по фасадам собора существует много исследований, много данных, а по интерьерам – гораздо меньше. Никогда внутри собора не устраивалось сплошных лесов, не было комплексной хорошей фиксации всей живописи. И при исследованиях «всплывает» очень много неизвестных деталей.

По оценке состояния и направлениям реставрации рублевской живописи в соборе – на объекте в ближайшее время будут проводится выездные заседания объединенной рабочей группы двух секций – архитектуры и монументальной живописи – Федерального научно-методического совета при Минкультуры России. Покажем коллегам все наши раскрытия, шурф в алтаре… В проекте реставрации будет специальный раздел по очистке, консервации и реставрации настенных росписей.

Зондаж южной стены на хорах собора 1160 г. Виден дверной проем 1189 г. на месте нижней части первоначального окна, с фрагментами живописи 1161 г. на откосе

Мы хотим предложить раскрыть живописные «полотенца» в нижних частях стен и устроить стеклянное ограждение, чтобы предохранить их от механических повреждений. Другое наше предложение – разобрать частичную закладку окна на хорах и раскрыть обнаруженную там орнаментальную живопись времен Андрея Боголюбского.

– Что принесли археологические работы внутри собора?

– Важные уточнения по истории полов храма. Мы выяснили отметки полов соборов Андрея Боголюбского и Всеволода Большое Гнездо, а также нашли «промежуточный» пол грозненского времени из модной тогда ромбовидной поливной керамической плитки трех цветов, т.н. старицко-дмитровского типа.

Шурфы в интерьере Успенского собора

Археологические работы в Успенском соборе. В шурфе видны ленточные фундаменты храма 1160 г. и ромбовидные плиты белокаменного пола XVI века (обведены красным контуром), обнаруженные реставраторами ЦНРПМ

Фрагмент плиты пола XVI в. с зеленой "поливой"

Цоколь северной стены с раскреповкой угловой северо-западной пилястры собора 1160 г. Фрагменты пола из плиток 1189 г.

Кстати, одно из предлагаемых нами изменений в облике собора – небольшое, порядка 14 см, понижение уровня пола. Сейчас полы покрыты чугунными плитами советского времени. Будем полностью снимать эти полы, естественно, с серьезным археологическим сопровождением. Исследуем все каналы XIX и XX веков и, если нужно частично «подсрежем» их верхушки. Пол в соборе может быть опущен примерно до уровня XVI-XVIII веков. До времен Всеволода Большое Гнездо опуститься уже не сможем: для этого пришлось бы уничтожить остатки полов середины XVI века, что недопустимо. В самых интересных местах сделаем стеклянные полы – для обзора археологических находок. В центральной части собора ниже уровня современного пола сохранились, например, нижние части аттических баз столбов времени Андрея Боголюбского, но сейчас они наполовину закрыты. После реставрации мы сможем их экспонировать.

Беседовали Евгения Твардовская, Константин Михайлов

Досье. Успенский собор во Владимире – один из старейших русских храмов, святыня Русской Православной церкви, свидетель важнейших исторических событий. Это единственный памятник, в котором сохранились документально подтвержденные и точно датированные фрески знаменитого древнерусского художника Андрея Рублева. Собор включен в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, представляет редчайшее сочетание архитектуры, настенных росписей, иконописи, декоративно-прикладного искусства XII–XIX веков.

Успенский собор был долгое время главным храмом всей Северо-Восточной Руси. В нем венчались на великое княжение московские и владимирские князья вплоть до Ивана III (среди них – Александр Невский, Дмитрий Донской, Иван Калита). В соборе находилась главная русская святыня — Владимирская икона Богоматери. В XV веке Успенский собор во Владимире послужил итальянскому зодчему Аристотелю Фиораванти образцом для строительства Успенского собора Московского Кремля.

Первоначальный Успенский собор во Владимире возведен в 1158–1160 гг. по заказу князя Андрея Боголюбского как главный собор новой столицы Владимиро-Суздальского княжества. Согласно летописному тексту, известному благодаря историку В.Н. Татищеву, собор создавали мастера, прибывшие из Священной Римской империи: «Мастеры же присланы были от Императора Фридерика Перваго (Фридриха Барбароссы), с которым Андрей в дружбе был». В отличие от традиционного для Северо-Западной Руси типа четырехстолпного крестово-купольного храма, первоначальный Успенский собор был шестистолпным одноглавым храмом с позакомарным завершением и тремя высокими апсидами, поскольку образцом для него был избран Успенский собор Киево-Печерского монастыря. Высота собора при этом составила более 32 метров, выше киевской Софии.

Фасады здания получили богатую декорацию: аркатурно-колончатый фриз, на лопатки были наложены тонкие колонки с резными растительными капителями. Над окнами были помещены рельефные композиции, фрагменты которых частично сохранились на стенах возведенной позднее галереи. По сторонам от окон находились львиные и женские маски.

После пожара 1185 года князь Всеволод Большое Гнездо в 1186–1189 годах восстановил Успенский собор. Первоначальный объем был обнесен высокой галереей с позакомарным завершением. На сводах галереи были вознесены дополнительные главы, сделавшие собор пятиглавым. Был заново возведен алтарь, увеличенный за счет дополнительного членения.

В интерьере Успенского собора сохранились фрагменты фресковой живописи 1161 года, а также фрагменты росписи, выполненной Андреем Рублевым и Даниилом Черным в 1408 году. Живопись Рублева сохранилась на значительной площади – более 300 кв. метров.

В соборе сохранился древнейший русский некрополь – более 40 захоронений владимирский великих князей и архиереев. Здесь покоятся князья Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо, его сын Георгий Всеволодович. В соборе находится символическая гробница с частичкой мощей Александра Невского.

В 1958 году собор был передан в оперативное управление Владимиро-Суздальского музея-заповедника. Сегодня Успенский собор – это и музей, и действующий кафедральный храм Владимирской митрополии. Здесь проходят регулярные богослужения.

Иллюстрации: ФГУП ЦНРПМ